– Что происходит? – осведомился великий фюрер, услышав снизу вопли и выстрелы. – Преемники подрались?
– Война какая-то, – неуверенно ответил Заморыш, выглядывая во двор.
– Что кричат? – Кувалда себя берёг, поэтому держался от окна подальше, получая информацию от менее ценного для семьи бойца.
– Кричат: «Кровососы!» – сообщил Заморыш. И перевёл испуганный взгляд на вождя: – На нас вампиры напали?
– Зачем?
– Может, за «ЭлектроБарыгу»? – предположил боец. – Мы ведь теперь богатые, Великий Дом-4, мля, сплошные доходы… Вот они за деньгами и полезли.
– За кровью нашей они полезли, – хмуро бросил Кувалда.
– Кровью нашей они брезгуют, – хихикнул в ответ Заморыш. – Я сам слышал, как вампиры заявляли, что лучше от
– Поговори ещё!
– Извини, Твоё великофюрерство!
Боец вытянулся по стойке «смирно» и преданно уставился на главу семьи, который всё ещё не хотел подыхать.
– Ты вот что, ты давай нашим помогай, – внезапно распорядился одноглазый, здраво рассудив, что никого особенно ценного во дворе не наблюдалось, а шасов, если потребуется, можно будет других позвать. – Стреляй то есть в злодеев.
– В Гниличей? – уточнил боец, доставая автомат.
– Для начала – в масанов.
– А-а… понял.
Заморыш выставил в окно «калашников» и принялся поливать двор щедрыми очередями. Через несколько секунд к нему присоединились остальные Шибзичи, засевшие в фюрерской башне.
– Они на крыше!
– Кто?
– Масаны!
– Почему?
– А кто в нас палит?
– Откуда мне знать?!
– Чёрт!
– Нас спасут?
– Кто?
– Хваны!
Близнецы посмотрели на старого барыгу, укрывающегося вместе с ними за хлипким столиком, но тот лишь пожал плечами:
– Не знаю.
– Почему?
– Потому что война.
– А ты им за что платишь?
– Скоро узнаем, – ответил Кумар, изучая царящий во дворе хаос сквозь пулевое отверстие в столе.
– Точно узнаем? – робко уточнил Лебра.
– Если нас не убьют.
– Чёрт! Чёрт!! Чёрт!!!
Положение из сложного превращалось в отчаянное: стреляют у ворот, стреляют сверху, стреляют разбегающиеся Шапки, всюду злые от потерь масаны, а хваны…
– Что они делают? – завизжал Майно. – Как?!
И грязно выругался, потому что четырёхрукие, как выяснилось, не собирались ни защищать Форт от нападения, ни спасать всех шасов. Хваны добрались до Урбека, подхватили его и потащили к «Тигру».
– Берегите добычу! – прокричал старик, когда его проносили мимо близнецов. – Я скоро!
– Скотина! – с чувством сообщил Кумару Лебра.
– Передавайте привет маме!
– Возьмите нас с собой! – взвыл Майно.
– Догоняйте!
Но как?! Всюду стреляют, кричат, стонут, плачут. Масаны быстры, сильны и безжалостны, в бешенстве кружат по двору, изничтожая всех встречных, и чудо, что никто из них до сих пор не взобрался на подиум «ЭлектроБарыги». Но взберутся, обязательно взберутся. Смерть рядом, и…
– Надо бежать! – крикнул старший близнец.
– Я не могу!
– Надо!
Майно выскочил из-за стола и почти сразу увидел перед собой вампира.
– Мама!
– Нет! – закричал Лебра.
А в следующий миг…
Шере снился Адам Носферату.
Разумеется, девушка с гораздо большим удовольствием увидела бы Адриана Малкавиана, причём желательно в самые лучшие моменты их отношений, но явился Адам. Причём явился в неприглядном свете: в компании с другими Носферату, возможно, пьяный, осыпающий обнажённую, лежащую на столе Шеру презрительными оскорблениями.
Кошмар из реальности пробрался в сон, не оставив ей укрытия от тьмы.
Шера слушала грязную брань и рыдала, признавая их справедливость. Ощущала себя вонючей тряпкой и проклинала день, когда встретила Адриана. Мечтала убежать и перерезать себе вены. Шера пила свой позор большими глотками, но не сдержалась, когда под гогот дружков Адам грубо прижал её к столу и вошёл в неё сзади…
Закричала.
И проснулась.
И увидела перед собой Носферату.
Не Адама, нет, но в тот момент это было не важно. Шера увидела Носферату и закричала ещё громче. Полный ужаса вопль и перепуганный взгляд девушки заставили севшего за руль вампира захохотать и выпустить
– Ну, сучка, поняла, что тебя ждёт?
И на этом – всё.
Больше Носферату ничего не сказал, потому что собравшая последние силы Шера взорвала в кабине грузовика «Шаровую молнию».
Майно не разбирался в вампирах, отличить мог разве что Носферату, но точно знал, что перед ним стоит масан: белая кожа, красные глаза, отчётливо видные
Не сможет.
Да и времени не хватит.
Разве что на то, чтобы закричать.
И Майно закричал:
– Мама!
– Нет!
Вампир взмахнул катаной, Майно закрыл глаза, Лебра взвыл от ужаса, но в тот самый миг, когда тонкий меч уже готовился впиться в шею старшего близнеца, рядом с масаном возникла массивная тень, и правая рука кровососа вдруг оказалась на земле, легко и непринуждённо отрезанная по самый локоть.
– Нет! – по инерции повторил Лебра, хотя этот крик должен был издать вампир.
