Когда огонь охватывает дом Мег, убивая её родителей и уничтожая её состояние и будущее, все, что у неё остаётся — это потускневшие карманные часы, которые она спасла из пепла. Но это не обычные часы. Часы оказываются механическим ключом — ключом, которым может воспользоваться только Мег — отпирающим серию смертоносных секретов и запутанных улик, по следу которых Мег вынуждена идти.Вместе со статным конюхом, которого она едва знает, но надеется, что ему можно доверять, Мег ныряет в скрытый мир обмана, предательства и мести, разоблачая существование элитарного тайного общества и опасного изобретения, ради защиты которого кое-кто не остановится ни перед чем.
Шесть месяцев. Прошло всего лишь шесть месяцев.
Тяжёлые хлопья снега падали за железными прутьями парадных ворот. Я наблюдала, как снежинка, порхая, приземлилась на морду одного из громадных бронзовых львов, стоявших на страже. Его безжизненные глаза поймали первые лучи рассвета, пробивавшегося над изгородью сада на востоке.
В тот момент он словно казался живым, наблюдал за мной с гримасой, обнажавшей его ужасные зубы. Не припоминаю, чтобы замечала статуи, когда впервые проходила через ворота, но сейчас я пристально смотрела, прикованная к месту охранниками, удерживающими меня в моей прекрасной тюрьме.
На тихой лондонской улочке по ту сторону ворот время летело как хлопья падающего снега. Я больше не чувствовала холодный ветер, заставлявший снежинки танцевать. Все моё тело казалось замёрзшим, застывшим на месте, застывшим во времени.
До приезда сюда я думала, что знаю, что такое безвыходное положение.
Как выяснилось, я ничего не знала.
Тот далёкий разговор набатом громыхал в моей памяти.
— У меня для вас есть предложение работы, Мисс Уитлок, — роковые слова из уст поверенного моего отца. Но в то время они даровали мне надежду. Я не могла даже представить, к чему это приведёт.
Поверенный откинулся назад в кресле, отчего слишком тесный жилет натянулся так, что пуговицы едва не отлетели.
— Услышав о трагедии, лорд Рэтфорд прислал мне письмо. Он утверждал, что является хорошим другом вашей семьи и предлагает вам достойное место под руководством его экономки миссис Пратт.
— Место горничной? — мой голос надломился при этих словах. Я почти не говорила в недели после пожара, который уничтожил магазин часов на Оксфорд Стрит. Пламя забрало мой дом и жизни моих родителей, оставив мою жизнь в руинах.
— Вам будут платить, кормить и одевать, и у вас будет крыша над головой. Поиск достойной работы — это ваш лучший вариант, дитя, — он попытался похлопать меня по руке, словно старался успокоить маленькую девочку, которая уронила любимую куклу в грязь.
Напыщенный старый хряк. Я уже не ребёнок, и он даже не подозревал, к чему меня приговаривает. Лорд Рэтфорд был для меня незнакомцем.
— Это ваш единственный вариант. Я советую вам воспользоваться им, — его последние слова заставили меня застыть неподвижно, как медные львы на воротах.
Это было шесть месяцев назад. Всего шесть месяцев. Такое ощущение, что шесть жизней назад.
Я стряхнула снег со своего накрахмаленного белого передника, затем аккуратно вытащила карманные часы, которые носила на цепочке на шее. Это все, что у меня осталось — разбитые часы, найденные мною рядом с обожжённой рукой отца.
Они крутились на цепочке, потускневшие и черные на фоне снега. Я знала, что их нужно почистить, но каждая попытка сделать это казалась неправильной, словно я пыталась стереть прошлое. Я обернулась на дом лорда Рэтфорда.
Я переехала в место, где время совершенно остановилось.
Моя работа — удостовериться, чтобы оно никогда не пошло вновь.
По привычке я приложила часы к щеке, ощутив касание холодного металла перед тем, как засунуть их за нагрудную часть фартука. Подобрав юбки, я отряхнула снег, затем поспешила обратно в дом хозяина. Тонкие ботинки и чулки мало защищали ноги от жалящих укусов холода, пока я проворно спускалась по заснеженной лестнице к служебному входу на кухни и погреб.
Если я не зажгу свет до того, как проснётся Агнес, кухарка, то она с меня шкуру спустит. Каждый день был точно таким же, как предыдущий, и рутина уже вгрызлась в мои кости.
С усилиями, которые ужаснули бы мою нежную маму, я отчистила решётку кухонного камина, радуясь, что нет необходимости чернить её вонючей полиролью, которую приходилось использовать на всех остальных каминных решётках в доме. Я развела огонь, заварила чай и подготовила кухню к завтраку.
Как только чай заварился, я принесла чайник в гостиную. На столе рядом с окном лежала перевёрнутая чашка, пролившееся содержимое высыхало на мраморной поверхности. Я убрала беспорядок, аккуратно протёрла чашку перед тем, как поставить её на блюдце и ровно на одну треть наполнить обжигающе горячим чаем.
Затем я протянула руку и опрокинула чашку, аккуратно разливая чай по столу, удостоверившись, что ручка как обычно легла налево. Только потом я смогла протереть пыль в комнате, в которой никто никогда не сидел.
Наверху в спальне я встряхнула свежевыстиранное белье, застелила его на мягкую перину, так похожую на ту, что у меня была раньше. Как мне хотелось бы упасть на постель, позволить глазам закрыться и уснуть. Вполне возможно, я очнулась бы от этого кошмара.
