— Скажем, что прислана помогать ему. Истинную причину знаем лишь мы трое. Да и Афоньку, жену Тарая, к себе в помощь возьмешь, уж вдвоем сладите, — хмыкнул я.
— Ну, коли так, — не совсем уверенно протянула Марфа.
— Так, именно так! К вечерне приходите, поснедаем уже у меня. Да и Ильей тебя покажу.
— Спасибо, Андрюша, — вдруг протянула Марфа и, поднявшись, обняла меня.
Я же лишь улыбнулся, приятно было.
Покинув дом Прокопа, я оглядел заснеженную улицу, праздно шатающего народа почти не было.
— Дядюшка, а не прогуляться ли нам до кузнецов? — предложил я.
— Коли надо, можно и прогуляться, — хмыкнул в бороду дядя Олег, и мы направились к кузнецам.
Кузница встретила меня привычным гулом: звон молотов, шипение раскаленного металла в воде, запах угля и пота. На столе лежали заготовки — узкие железные полосы связки гвоздей. Карчун, бородатый и седой, с руками, покрытыми старыми ожогами, вытер ладонью пот со лба:
— Княже, все перековали, — и он указал рукой в сторону металлических чушек, что покоились в углу.
— Вот и славно. Будет из чего лопаты ковать!
Тишина накрыла кузницу, будто угли в горне внезапно погасли Петрушка выронил клещи.
— Лопаты? — Карчун замер, словно я предложил ковать мечи из соломы. — А чего их ковать-то, железной полосой оббил и усе. Так испокон веков…
— Не такие, — я ткнул пальцем в воздух, будто рисовал перед ними. — Железные будем делать, чтобы, чуть что, не ломались. Лезвие острое, как нож, длиной в два пальца, шириной в ладонь.
Карчун перекрестился, за ним робко повторил Петрушка.
— Дерево земле роднее, оно… оно дышит! — И он перекрестился.
Я сжал зубы и выпустил через них воздух, пытаясь успокоиться.
— Пни корчевать надо, корни в земле. Пока деревянной лопатой обкопаешь, семь потов сойдет, так она еще и сломается.
— Так водится… — пробормотал Карчун, но я уже подошел к стене, где висели кричные полосы.
— А теперь вот так будет. Полностью лопату из железа, а посередине утолщение сделаешь в мизинец толщиной. Понял? — И Карчун понуро кивнул.
— Одну сделаешь — покажешь! Железо хорошо проковывай. А еще вот такую лопату. — И я согнул ладонь под углом. — Широкую, с четыре ладони, края по бокам загнутые, чтобы ничего не просыпалось.
— Да это ж на вес серебра выйдет! — ахнул Петрушка.
— А ты мое серебро не считай! — гаркнул я. — Еще дюжину посохов железных мне по плечо. С одной стороны четыре грани острием, а с другой две, — перешел я к описанию лома. На меня же смотрели, округлив глаза.
Были мысли еще попробовать сделать косу, вот только, глядя на своих кузнецов, я понял, что пока не стоит торопиться.
Видя их реакцию и прикидывая стоимость железа, которое я изведу, подумал, что, может, и повременить надо было.
«Ага, счаз», — тут же ответил я себе.
— А еще я хочу, чтобы вы вилы железные сделали. С четырьмя зубцами, немного загнутыми вверх, чтобы ими удобней было корни подцеплять, — решился я на еще один эксперимент.
— Свят, свят! — тут же забормотали оба кузнеца.
— Вы чего? — не понял я.
— Так это в геенне же огненной бесы грешников в котел вилами гонят, — замявшись, ответил Карчун.
— А мы их освятим, — предложил я. — Да и для дела они, чтобы пни легче доставать было. Разве мы бесы какие, людей вилами тыкать, — и я напоказ перекрестился и даже прочитал короткую молитву.
— В общем, по одной лопате и вилам сделаете! — закончил я разговор и покинул кузню.
— Андрей, может, не стоит вилы все же, действительно бесово орудие, — негромко произнес дядя Олег. — Да и остальное тоже, дорого выйдет.
— Дорого, но для дела. Пеньки корчевать деревянными лопатами — это… — И я махнул рукой.
Оставшийся день пролетел незаметно, просто так в городе сидеть и дожидаться дядю Поздея мне не хотелось, и я решил объехать свои владения. Заскочить в пару сел, посмотреть, как люди живут, да и посетить Старицкие пещеры.
На вечерне собрались все мои ближние и приглашенные мной Прокоп с Марфой, Богдана, впрочем, они с собой не взяли.
Шли неспешные разговоры, в том числе и о моей предстоящей поездке. Провожатыми выступят братья Степурины, они местные, все дороги знают.
— Окиш, — кликнул я холопа. — Илью найди и позови, — холоп тут же унесся исполнять.
— Звал, князь? — спустя десяток минут в малой зале появился мой дворецкий.
— Да, Илья, — медленно протянул я. — Я доволен твоей службой! Ты хорошо справляешься, потому я решил одарить тебя десятью рублями.
— Благодарствую, княже, — тут же отвесил поклон Илья.
— Хозяйство разрастается, гости часто приезжают. Потому решил я тебе в помощники определить Марфу, она жена Прокопа, моего десятника. Мне в свое время она помогла управиться с хозяйством. Думаю, с обязанностями ключницы справится. Да поможет за холопами приглядывать! — выдал я на одном дыхании.
Сам же внимательно глядел за Ильей, и, судя по всему, мои слова ему не особо пришлись по душе, губы чуть скривились, но он тут же исправился.
— Благодарю, княже, за заботу, — вновь отвесил он поклон. — Ты прав, забот стало больше, и я буду рад помощи.
— Давай, посиди с нами, — махнул я рукой в сторону стола, и Илья тут же уселся рядом с дядей Олегом напротив Прокопа и Марфы.
