- Ракеты не пожалею. Трех для танков хватит. Теперь смотри… - Он раскрыл ладонь и стал водить по ней пальцем как карандашом по карте. - Если пойдем в лобовую на танки, ударят слева и справа перекрестным огнем, а это - самый худший вариант. Не снарядом заденет, так осколком… По правилам надо бы разделиться, забыть про танки с гранатометами и - к батареям, на полной скорости, у самой земли… На это у них и расчет. Но мы иначе сделаем, мы в спарке с фланга атакует, вот здесь. - Каргин провел линию к мизинцу и показал глазами направление на местности.
- Другой батарее борт подставим, - заметил Перфильев.
- Подставим. Одному придется прикрывать.
- Мне.
- Почему ты так решил?
- Я четырнадцать лет женат, а ты - четыре месяца. Не насладился еще семейной жизнью.
- У тебя Танюшка…
Перфильев пожал плечами и ухмыльнулся.
- А кто у тебя в проекте, ты знаешь?
Спорить было некогда, и Каргин, вскинув бинокль, заговорил:
- Атакуем батарею на их левом фланге. Видишь, склон там понижается, вроде бы овраг или распадок, а дальше той сосны, где танк разбитый, каменный завал. Если над самой землей идти, с правого фланга нас не увидят… то есть почти не увидят, а значит, не смогут оперативно отследить. Прорвемся! Конечно, если корректировщиков уберем. Все-таки я их накрою ракетой. - Перфильев согласно кивнул. - У тебя две останется, и когда размолотим батарею, танки - твоя забота. Я гвардейцами займусь. Покончишь с танками, зайдешь на правый фланг с тыла батареи, а я - в лоб. В клещи их возьмем.
- Стратег! Сципион Африканский[62]! - уважительно сказал Перфильев и бросил взгляд на часы. - Две минуты осталось… По машинам?
Кивнув, Каргин натянул шлем. Охранники бросились внутрь ангара, лязгнули, закрываясь, тяжелые створки ворот, и на площадке между ангаром и бункером не осталось посторонних.
Он уселся, застегнул ремни, отщелкнул несколько тумблеров, негромко произнес:
- Проверка связи. Как слышишь меня, Влад?
- Как в Большом театре, - отозвался Перфильев и добавил: - Спецназ действует не по уставу!
Включились счетчики боезапаса, на обзорном экране вспыхнули красные маркеры. Глядя на них, Каргин подавил искушение всадить одну ракету в бункер, а другую - в ангар. Это было бы зряшным делом; бункер лишь тряхнет, а что до ангара, то третьей машины он там не увидел. Похоже, Влад-таки прав - припрятали.
Всплыв над землей, "Шмели" неторопливо заскользили вниз, держась дружной парой: машина Перфильева слева от машины Каргина и почти вплотную к ней, метрах в трех. Батареи молчали, дистанция для их калибра была великовата, но танки, взревев моторами, двинулись с горы, подминая широкими траками кустарник. Башня одного из них повернулась, приподнялся длинный хобот пушки, блестнул огонь и, вслед за протяжным свистом снаряда, где-то в стороне грохнуло. Палят для поддержания боевого духа, решил Каргин.
Они прошли над дном котловины, изрытым ямами, засыпанным щебнем и камнями покрупней, однако не слишком большими, чтобы являться препятствием для "косилок". Грохнул второй разрыв, туча пыли взметнулась в воздух, "Шмель" Каргина покачнулся в ударной волне. Танки медленно ползли к траншеям с засевшими в них гвардейцами, и на обзорном экране было видно, как шевелятся раструбы гранатометов и мелькают рядом с ними каски. Дно котловины стало приподниматься, переходя в пологий склон, но "Шмели" не изменили направления, плыли все так же на максимальной высоте, метрах в двух над каменистой почвой. Со стороны казалось, что они вот-вот прибавят скорость и ринутся в атаку, ударив прямо в центр противника. До распадка или мелкого оврага, лежащего правей машины Каргина, было уже рукой подать.
- Маневр, - негромко произнес он, и обе "косилки", разом повернувшись и до предела сбросив высоту, юркнули в овраг. Эта впадина на склоне была широкой и неглубокой, зато без крупных камней; форма ее напоминала изогнутую саблю, вложенную в ножны колючего кустарника. Каргин представлял, что видится сейчас стрелкам на батареях: колпаки кабин, быстро мелькающие среди кустов, и, возможно, борт Перфильева. Они разошлись, и машина Влада двигалась теперь метрах в десяти левее, прикрывая его от правофлангового огня.
Заговорили пушки, и мир наполнился грохотом взрывов и свистом таранивших воздух осколков. Секунды понадобились Каргину, чтобы понять: снаряды ложатся все ближе, словно полет их направляет незримая рука. С той скалы у леса их, разумеется, видели, хотя еще не догадались, в чем план атаки - можно было из оврага выскочить и повернуть к траншеям, или подбить ракетами "Челленджеры", или обстрелять батарею с дальней дистанции. В общем, существовали варианты. Но скоро их не будет, если корректировщик огня дельный офицер - сообразит, куда нацелились "косилки".
