Хобан понял, что хозяева поверили всему тому, что он им сказал. Но ему не было от этого легче. Во всем их разговоре было что-то недоговоренное, неясное, а в поведении Амарины кое-что вызывало подозрение. Создалось впечатление, что и ей и Паруккану крайне неприятен разговор о королевстве Брогар, но они делали вид, что эта тема их не интересует.
Как бы там ни было, Хобан уважил невыраженное словами желание хозяев и больше не затрагивал подобного вопроса. Их беседа опять приобрела характер разговора на общие темы: о погоде, о семье посла, о перипетиях его плавания с острова Певен в королевство Арк, обмен комментариями по поводу расширяющихся работ, связанных с ремонтом и переоборудованием дворца и королевского замка в Стархилле. По окончании приема, возвращаясь в свои апартаменты, посол, несмотря на некоторое беспокойство, вызванное беседой с Амариной и Парукканом, все же чувствовал себя удачливым охотником, сумевшим напасть на след хорошей добычи.
— Ты, действительно, очаровательное созданье, Амарина! Этот посол целый вечер не спускал с тебя глаз. И я тоже.
— Глупости! Мне так приятно, что ты это говоришь, дорогой! Банкет удался на славу, не так ли? Еда была замечательная, и вообще все было великолепно!
— Да, ты права, все было прекрасно! Дорогая, я не перестаю удивляться тому, как хорошо ты справляешься с обязанностями хозяйки замка. Ведь тебе раньше не приходилось сталкиваться с этим, и все равно у тебя все получается так, что лучше и быть не может. Я ожидал, конечно, что ты столкнешься с противодействием твоим желаниям и распоряжениям, или как мы выражаемся по-военному, командам, — почти захихикал Паруккан, — а оказалось, обслуживающий персонал замка и те слуги, которых ты нанимаешь со стороны, только и знают, что бросаются со всех ног выполнять твои приказания, стремясь заранее угадать и удовлетворить твои желания. Как это тебе удается? Ты, наверно, умеешь их обмануть, моя сладенькая, как и меня тоже.
При этом Паруккан дернул Амарину за подол. В ответ на это Амарина улеглась поудобнее и обвила руками шею своего мужа-вояки.
— Обмануть тебя, мой милый?! Не будь глупеньким, — заговорила она нежным тоном, подбирая новые слова для своих ласковых упреков. Затем она ответила ему серьезным тоном: — Если идти людям навстречу, выполнять их просьбы и платить им хорошо, они будут делать все, о чем я их ни попрошу.
— А когда же будет и мне награда от тебя? — хрипло проговорил Паруккан, целуя ее в шею.
На следующее утро усталый, но довольный Паруккан направился быстрым шагом из королевских покоев в приемную залу, где они с послом Хобаном договорились встретиться снова в официальной обстановке и обсудить ряд вопросов, представлявших взаимный интерес для обеих стран. Отношения между королевствами Певен и Арк всегда были хорошими, и оба этих государственных деятеля желали, разумеется, чтобы эти отношения оставались добрыми, как и прежде. Хобан был прямо изумлен, что на сей раз Паруккан оказался намного приветливее и проще, чем вчера, но зато еще менее решителен. На вчерашнем торжественном ужине новый повелитель королевства Арк показался напыщенным и важным, к чему обязывала его новая роль. Однако в это утро, как только беседа коснулась конкретных вопросов, он стал приятнее в общении и вместе с тем не пошел навстречу ни одной просьбе Хобана и даже не был расположен обсуждать что-либо. после того, как они потратили достаточно много времени на бесполезный разговор, дверь в приемную залу отворилась, и в нее вошла Амарина. Утро было солнечное, и яркие лучи заиграли на золотых украшениях Амарины, все еще стоявшей в дверях.
Хобан с трудом оторвал от нее взгляд и заставил себя встать. Его удивило поведение. Тот продолжал сидеть, пристально глядя на свою возлюбленную с совершенно бездумным выражением на лице. Еле незаметная досада прошла по лицу Амарины, и Паруккан тут же вскочил на ноги, пересек залу, взял леди за руку и подвел ее к Хобану.
— Заходи, моя дорогая. Как мы рады тебе! — заговорил Паруккан.
— Ты в этом уверен, Паруккан? Я бы не хотела прерывать вашу беседу, — ответила Амарина вежливым тоном.
— Ну что вы, мы действительно вам очень рады, — подтвердил Хобан. — Ведь вы доставляете нам такое удовольствие. Вы самая красивая.
— Вы льстите мне, господин посол, — произнесла Амарина, покраснев, отчего стала еще привлекательнее. — Прошу вас, пожалуйста, не смущать меня такими словами.
И вот теперь Хобан снова отметил в словах и жестах Паруккана решительность, целеустремленность и готовность обсуждать с послом все необходимые ему проблемы. «Может, он предпочитает заниматься государственными делами только в присутствии своей жены? — подумал Хобан. — а ведь я думал, что он способен быть самостоятельным». Его размышления были неожиданно прерваны Парукканом, который, отвечая на один из вопросов, поднятых в беседе послом, заметил, что тот его не слушает:
— Хобан! Боже мой! Да вы же очень рассеянный человек! Вы хотите об этом говорить или нет?