Глаза скользили по экрану, но разум Яра блуждал в дымке воспоминаний. Он помнил, как еще в Академии их, юных учеников, водили к городу-куполу. Матово-белый шатер диаметром восемь километров укрывал место, где столетия назад жили люди. Взломать поле не удалось — как не удалось разобраться и в методах, применяемых с этой целью атлантами. Они просто не успели — город уцелел. Что творилось там, под несокрушимым куполом? Этого никто не знал. Зато земля вокруг города была выжжена на десятки километров — до скального основания. Не просто выжжена — разрушена практически до полного истребления жизни. Теперь, спустя длинную череду лет, на границе выжженной земли появилась зелень, постепенно продвигавшаяся к куполу, ко пока жизнью у смерти были отвоеваны лишь шаги — несколько метров, местами — несколько десятков. Черная земля, над которой возвышался молочный купол, все еще успешно убивала все живое — и даже людям, прибывшим сюда, дабы увидеть последствия Атлантической войны, приходилось пользоваться защитными костюмами.
Он мотнул головой и приказал себе сосредоточиться. Среди вороха проплывающей по экрану бесполезной информации мелькнуло нечто интересное.
«Еще одно место для Атлантиды» — кричал заголовок. «Атлантида, по Чечельницкому, оказалась... на Аляске».
Ярослав нахмурился, затем углубился в чтение. Журналист, не скрывая иронии, но, впрочем, не переходя грани, прохаживался по книге российского астрофизика А. Чечельницкого, утверждавшего, что легендарная Атлантида располагалась в долине реки Юкон и погибла в результате катаклизма, следствием которого — или источником которого — явилось смещение полюсов планеты.
А иронию следовало бы отбросить. Бункер Архонтов находился именно там, на дне залива Нортон, немного южнее Нома.
Конечно, вряд ли найдутся такие, кто поверит астрофизику, кто бросится вкладывать огромные деньги в поиски погибшего города. Да и вряд ли им удастся что-либо найти, от величественного Посейдониса не осталось и камня на камне, а руины надежно скрыты толстым слоем нанесенного за тысячелетия ила. И уж тем более никому не удастся проникнуть в сам бункер — для этого как минимум нужно развернуть чудовищные по масштабу подводные работы. В свое время ученые Рианна сочли это слишком дорогой затеей. Установив, не без труда, местонахождение бункера, они так и не смогли попасть в него. Когда-нибудь это, безусловно, произойдет... ко лишь тогда, когда у Рианна не будет на повестке дня Солее серьезных проблем.
В общем, не стоило бояться, что люди, по незнанию или неосторожности, сумеют вернуть атлантов к жизни.
Ярослав вздрогнул, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Невидящий взгляд уперся в экран, пальцы сжались в кулаки. Он скова и снова обзывал себя полным, законченным идиотом...
Как он мог не подумать об этом раньше? Сколько раз за прошедшие годы перед глазами мелькало слово «Атлантида»? И ни разу мысль не ухватилась за него...
Атлантида. Бункер, хранивший сокровища Архонтов.
Стопроцентно надежный способ найти дорогу домой.
Дождь, как по заказу, утих, когда милицейский «жигуль» остановился возле опрятного дома в тихом и уютном московском пригороде. Вернее, уютным он был, пожалуй, летом... или зимой, после хорошего снегопада. А сейчас все вокруг было серым и грязным, как и вся Москва, как и вся средняя полоса России, где лето уже ушло, где золотая осень почти оттанцевала свой прощальный вальс, а зима еще не вступила в свои права.
Двое, сидевшие в машине, выходить не торопились, подсознательно оттягивая момент предстоящей встречи с человеком, занимавшим их мысли уже много месяцев.
За последнее время Геннадий трижды высказывал свои аргументы, касающиеся бессмысленности всей этой затеи, и каждый раз эти аргументы разбивались об непрошибаемое упрямство капитана, как морская волна о каменный мол.
Из срока, отпущенного им полковником Панариным, прошло уже три дня. Три впустую потраченных дня. И Сергей так и не решил, как же ему поступить.
— Это неправильно, — снова пробурчал Генка. — Это в конце концов непрофессионально. Нельзя раскрывать карты перед преступником.
— Нельзя, — согласился Сергей, не желая спорить с очевидным. — Ты прав, ни в коем случае нельзя. Если речь идет о преступнике. Только вот господин Верменич никакого преступления не совершал, ведь так? И если мы зададим ему пару-тройку вопросов, он...
— Он неизбежно ударится в бега, — хмыкнул Генка. — Я бы на его месте так и поступил.
— ...он, как честный и законопослушный гражданин, если желает таковым казаться, нам на них ответит.
— Серега, приди в себя! Какой законопослушный гражданин? Ты что, забыл, с кем имеешь дело?
