Буйный остановился возле большого овального стола, за которым сидело несколько мужчин и женщин. Лишь один из мужчин был младше возраста Буйного, я бы дала ему лет тридцать, все остальные были мужчины возрастом около сорока или даже старше. Мужчина, который сидел во главе прямоугольного стола, был старше всех. У него почти вся голова была седая, возле глаз пролегли глубокие морщины.
— Приветствую, — коротко кивнул он Марату и позвал куда-то в сторону. — Организуй гостям выпивку, Таша.
— Добрый вечер, — отозвался Марат.
— Присаживайтесь, — показал на высокие стулья с гнутыми ножками и мягкими сиденьями, приготовленными для нас.
Марат отодвинул для меня стул.
— Она тоже играет? — остановил его вопросом мужчина.
— Нет, она не играет.
— Тогда ей не место за столом. Здесь те, кто не играют, стоят рядом, разносят напитки, сигары или танцуют, — усмехнулся мужчина, ослабив ярко-красный галстук.
Он лениво махнул в правый угол зала. Там танцевали без музыки две девушки, изгибаясь эротично, напоказ.
— Играет или нет?
— Нет, не играет, — медленно ответил Марат.
— Значит, пусть стоит рядом и подливает тебе выпить.
Я знала Буйного совсем немного, но почувствовала, что ему был неприятен такой тон и само обращение. Я ощущала, что Марату и в голову бы не пришло заставить меня стоять за его спиной, когда сам он сидел на роскошном стуле, но таковы были правила, установленные хозяином этого места.
Наверное, именно об этом и говорил Марат, когда сказал, что приходится общаться с важными людьми. Общаться по их правилам, добавила я про себя. Я встала со стула, скользнув пальцами по ладони Марата. Он едва заметно сжал мои пальцы в ответ и сел сам.
Через миг меня окатило запахом чужих женских духов, приятных, но довольно сильно звучащих.
— Вино? Мартини? Водка? — спросила девушка.
— Это вы мне? — спросила я.
— Да. Вам. Андрей Николаевич попросил налить вам.
— Я не пью.
— Значит, мартини, — кивнула яркая блондинка и отошла на миг.
Не успела я возразить, что совсем не желаю пить спиртное, как девушка вернулась с треугольным бокалом, наполненным жидкостью. В ней плавали кусочки льда и острая шпажка с оливкой.
— Держи. Мартини со льдом.
— Но я…
— Нельзя отказываться принять угощение хозяина заведения, — шепнула она мне, подав бокал в руку.
Потом она двинулась вокруг стола, подливая мужчинам виски в опустевшие бокалы.
Я постаралась не глазеть по сторонам, обратив внимание на игральный стол. Как раз завершилась партия. Мужчина с рябым лицом загребал фишки, посмеиваясь.
— Сегодня Хохлов на высоте, — сказал кто-то из гостей.
— Отыгрывается за вчерашнее.
— Хочет вернуть себе клуб? Какая следующая ставка?
Хохлов рассмеялся, обратился к девушке, сидящей слева:
— Сложи фишки, — выпил остатки виски и пообещал. — Следующий выигрыш будет моим.
— Ничего подобного, — возразила женщина с короткой модной стрижкой. — Тебе просто повезло. Однако мы все знаем, как быстро удача от тебя отворачивается. Стрельнешь один раз и на этом всё заканчивается. Остальные выстрелы идут вхолостую.
— Остынь, Лера. Прекрати облизываться на мой… — рассмеялся Хохлов. — Видимо, тот самый один раз был для тебя незабываемым.
За столом поднялась волна смеха. Насколько я поняла, за столом были все «свои», завсегдатаи, за исключением, меня, Марата и еще одного мужчины, по лицу которого было заметно, что он лишь из вежливости рассмеялся вместе со всеми, но смысла шутки, понятной узкому кругу, не понял.
— Таша, новую колоду! — потребовал Андрей Николаевич. — Говорят, ты хотел меня видеть, — небрежно скользнул взглядом в сторону Марата.
— Есть разговор.
— Говори, — сыто улыбнулся Абрамов. Поняв, что Марат имел ввиду разговор наедине, мужчина добавил. — Говори, не стесняйся. Здесь все свои!
— Ну что ж… — негромко произнес Марат. — Есть одно место для строительства. Получить разрешение довольно непросто.
— Знаю-знаю, о каком именно месте идет речь! — прервал Марата Абрамов. — Много лет назад этот пустырь на отшибе никому нафиг был не нужен, планировали строить интернат для детей-инвалидов. Но денег, как известно, в бюджете не на все нужды хватает! — весело рассмеялся мужчина. — Стройка так и не началась, город разросся и теперь тот пустырь, как бельмо на глазу, в довольно привлекательном районе. С юга от него в будущем проложат трассу регионального значения. Пока все только в планах, но я своими глазами видел проект и могу смело сказать, что через лет пять, если с умом распорядиться землей, это место будет приносить золотые яйца! За ними, как известно, многие охотятся… В моих силах кое-что… кхм… подвинуть. Это я знаю. Но я не знаю, почему я должен уступить тебе, Дадашев, а не кому-то другому. Например, тому же Дзагоеву.
При этих словах усмехнулся мужчина в темно-лиловом костюме, со смуглым, жестким лицом и густой, черной клиновидной бородкой.
Девушка Таша тем временем подала новую колоду Абрамову. Он лично сорвал с нее упаковку, ловко перетасовал карты.
— Я подумаю, — вскользь бросил Марату Абрамов.
