Отправляю Хасана на поиски информации о Лиде-Полине, а сам переключаюсь на дела. Приезжаю в офис, расположенный в небоскребе, который принадлежит моему строительному холдингу.
Провожу необходимые встречи. Дел много. Особенно сейчас, когда на кону сделка десятилетия, требуется повышенное внимание к деталям.
Захожу в переговорную и на мгновение торможу, замечаю своего гостя. Байсаров сидит, широко раздвинув ноги, в кресле, и пьет кофе, рассматривая открывающийся вид на столицу из окна.
Хищный профиль. Сломанный когда-то на ринге нос. Абсолютно непроницаемый взгляд. Замечает меня и улыбается лукаво. Ухмылка кривит губы, слегка оттягивая уголок вправо.
— Аслан… — проговаривает радушно.
— Я секретаршу уволю, — цежу едко и слышу, как за спиной охает женщина, — раз позволяет заходить в помещение без меня!
Прежде чем на меня посыплются извинения и оправдания, закрываю дверь и прохожу внутрь.
— Как тебя пустили?
— Мой шарм не оставил равнодушной твою сотрудницу? — выдает как на духу. Засранец.
— Ты неисправим, — вскидываю брови и подхожу к своему гостью, протягиваю руку, и мы обмениваемся рукопожатиями.
— Надо быть полным дебилом, чтобы хранить секретную информацию в переговорной, а ты далеко не дурак, Шах.
Ухмыляюсь. Мы с Валидом не то, чтобы друзья, но и не враги. Делим сферы влияния. Каждый хозяин своей территории, но у нас есть наработка. Проект, который нужно реализовать, поэтому я, собственно, и встречаюсь с ним лично.
— Что по нашему проекту, дорогой?
Интересуюсь, занимая свое место, бряцаю по кнопке и слышу чуть дрожащий голос секретаря:
— Да, господин Шахов
— Кофе мне.
Через пару минут в помещение вплывает симпатичная женщина, ухоженная, с рабочим ртом, но меня этот вид офисной красотки не вставляет.
Я вообще не вожу интрижки там, где работаю. Для своих потребностей есть такие, как Лида… мысль обрывается и в мозгу четко почему-то зажигается красным светом — Полина не такая…
А какая?
Хороший вопрос. Но ответа пока нет.
Полина-Лида…
Зацепила меня.
Тянет к ней. Не забываю. Обычно отпускает сразу же. Отчего-то хочется думать, что хорошая девочка случайно попала под каток моих реалий.
И в то же время…
Если Полина действительно чиста, то для нее все плохо. Адово просто.
Потому что я запал на нее.
Сразу же, как увидел. Перемкнуло. В ней даже что-то восточное проскальзывает. Хотя. Нет. Черты славянские, просто волосы шелковые, темные, длинные.
А глаза — прозрачный василек.
Пока думаю, приходится ширинку поправлять.
Одергиваю себя и концентрируюсь на делах.
— Шах, ты где витаешь? — сцепляюсь с проницательным взглядом Байсарова.
— Думаю, как наказать тех, кто провинился…
Буду наказывать со вкусом. Ухмыляюсь, а бизнес-партнер скалится в ответ, мы о разном сейчас думаем:
— Оставь это мне. Здесь мои люди замешены и пока всех не вскрою — не успокоюсь. Шакалов в расход.
Интересные вещи мне Валид рассказывает. Его служба безопасности не из мальчиков с пальчик состоит.
Нашел он тех, кто нашему проекту палки в колеса сует.
Картина не радужная.
Байсаров уходит, закрывает за собой дверь. Одной проблемой на сегодня становится меньше.
— Шах.
Дверь в кабинет открывать без стука может позволить себе только Хасан. Смотрю в темные глаза Абдулаева. Хмурит брови.
— Говори.
— Мы ее адрес пробили. Родителей нашли.
— И?
— Ну и я позвонил кому надо в том округе. Полкан мой сейчас глава там. Все, что нужно, нарыли. Отец у нее на стройке работяга. Что-то мутное случилось. Его придавило. Плохо все. Мужик в больничку попал. Операция нужна. А вот в страховке им отказано.
Молча рассматриваю огромную двухметровую фигуру Абдулаева. Военная карьера за его плечами дает о себе знать и в выправке, и в связях, которые он сохранил, даже когда ушел из органов.
— Интересная картинка вырисовывается, — проговариваю задумчиво.
Абдулаев присаживается в кресло передо мной. Трет квадратный подбородок. Чешет старый боевой шрам на виске. Белесая полоска почти не видна уже.
Хасан один из немногих, к кому я прислушиваюсь.
— Что скажешь?
— Я тут разве что навскидку могу предположить, что малышка, видать, за деньгами пришла к Зуевой. И ее как шкуру слили. Операция отцу нужна. Иначе не жилец. Это поверхностная информация, я даже там не начинал копать, но чутье подсказывает, что говнецом несет. Вот, видимо, и решила девочка отработать под мужиком и получить бабки, чтобы за операцию заплатить. Как вариант. Пока не копал глубже.
Цокаю языком. Не нравится эта версия. Продать целку, хоть и за высшую цель, не отменяет факт самой продажи.
Царапает чутье. Не то тут что-то.
— История ее семьи очень интересна, но мне нужно, чтобы ты мою беглянку из-под земли достал! Домыслы не нужны. Только факты.
— Буду держать в курсе. Работаем.
Абдулаев поднимается и резким разворотом идет к дверям.
— Хасан, — окликаю.
— Да, Шах? — вскидывает вопросительно бровь. Взгляд у него, как у коршуна, цепкий.
— Сделай так, чтобы отцу полагающуюся страховку выплатили и на операцию отправили. По закону все. Понял?
— Не светимся. Шах. Я в курсе. Займусь вопросом.
