Вражеские стрелки начали закидывать нас стрелами, а за ними полетели дротики, и молодой Дуган прикрыл меня щитом. Расстояние между мной и противником не более тридцати метров, и я отступил.
Рывок в сторону. Перекат. Снова подъем и бегом в гору. Дуган, Вольгаст и я вслед за ополченцами отошли на склон, а лучники Ромая нас прикрывали.
— Смотри! — закричал Вольгаст, когда мы остановились. — Они не отстают!
Действительно, королевский полководец, кряжистый мужик в багровом плаще и тяжелом доспехе, мечом указывал на меня и что-то орал. Все понятно — он хотел превратить поражение в победу, поймать меня и рассеять ополченцев. Молодец! Однако тысячник считал, что я отступаю потому что истощен. Это ошибка — у меня силы еще имелись, хотя усталость была, и опять в ход пошла магия.
Снова испытанные знаки — «Огонь» и «Ветер». Пламя вспыхнуло, воздух загорелся и поджег траву, а затем ветер сбросил этот огненный комок на карабкающихся вверх солдат.
— А–а-а–а!!! — крики слились в один вой, в котором было столько боли и страдания, что мне захотелось зажать уши. Только я этого, конечно же, не сделал. Лицо каменное и без единой эмоции. Я лидер. Я не имею права на слабость. Я на острие вражеской атаки и веду бой. Горцы это видели, краем глаза я наблюдал за ними, и тоже продолжали сражаться. Они осыпали солдат копьями и стрелами, сбрасывали на них камни и метали заранее припасенные булыжники. Яфтарии получили своего спасителя, а я верил, что получил людей, которые будут преданы мне и пойдут за мной куда угодно, хоть на равнины, хоть в мой родной мир Кассерин.
Впрочем, все это мысли на отвлеченную тему. Они посетили меня, отложились в голове и исчезли, а бой продолжался.
«Вода». Новый иероглиф, который пока не использовался. Знак возник — я запомнил его правильно, до предела, насколько это возможно, налился энергией и активировался. Секунда. Еще одна. И на склон между нами и королевскими воинами обрушился водяной поток. Не ручеек, не речушка, не десяток двухсотлитровых бочек воды, а небольшое озеро, которое, повинуясь силе притяжения, хлынуло вниз и за несколько секунд затопило тракт.
Поток смывал все, и для него не было преград. Лошади, люди, телеги с ранеными и жрецы. Они оказались под водяным покрывалом, и если бы у меня было больше сил, то вся вражеская армия погибла бы. Но я не полноценный чародей, а только учусь быть им и находился в самом начале своего пути. Поэтому мой поток быстро схлынул и ушел в сторону ущелья Сагамыр. А нирские солдаты и продолжающие песнопения жрецы, потеряв множество людей и припасы, кинули обоз. После чего, мокрые и испуганные, неорганизованной толпой бросились бежать.
— Мы сломали их! — оборотень потеребил меня за рукав, взял паузу и поправился: — Ты их сломал, Оттар! В очередной раз!
— Ага! — я почувствовал слабость и присел.
— Что дальше!? Отдавай приказ! — не унимался Вольгаст.
— Организуй преследование противника и разведку. Вышли связных к Будаю. Посчитай, сколько бойцов мы потеряли и каковы потери врага. Допроси пленных.
— Понял. Это все?
— Что-то мне немного не по себе. Прикажи, чтобы на горе поставили палатку.
— Сделаем.
Вольгаст убежал и рядом остался только Дуган, который смотрел на меня, будто я какое-то божество, и постоянно что-то шептал. Что с него взять? Сказитель, он сказитель и есть. Наверняка, новую песню сочиняет о славных подвигах великого героя и спасителя. А какой я герой? Сам себя я таковым не ощущаю, хотя понятие о своих обязанностях вождя имею и уверен, что все у меня получится.
Неожиданно моя голова закружилась, неимоверно захотелось спать, и я стал заваливаться набок.
— Оттар! Оттар! — донеслось до меня. — Что происходит!?
— Все в порядке… — проваливаясь в сон, ответил я. — Переутомление… Сейчас только посплю… Немного…
Как меня отнесли в палатку и уложили на трофейную походную кровать, я не чувствовал. Мой разум уже отринул все проблемы и заботы, расслабился и погрузился в блаженное состояние покоя. Однако выспаться мне все-таки не дали. Может, часа четыре поспал. А потом пришло пробуждение…
Сначала был звук голосов. Кто-то спорил прямо возле палатки и, невольно, я прислушался.
Голосов было несколько, и некоторых людей я узнал. Будай, голос резкий и слегка надменный. Наймар, неуверенный и в то же время раздраженный. Шипастый Рип, второй тыловик и помощник графа, сухой и спокойный. Ромай, разгоряченный и гневный. Дыхо, командир первой сотни, какой-то равнодушный. Ойген, запыхавшийся, словно пробежал пару миль. Ну и Вольгаст, который всех оборвал:
— Молчать! Дайте Оттару отдохнуть! Приходите со своими проблемами через пару часов!
— Нет! — ему ответил Будай. — Это наши проблемы! Общие!
Улыбнувшись, я окончательно проснулся, потянулся и понял, что мне гораздо легче. Силы вернулись и, откинув покрывало, я встал, прихватил меч и вышел.
— В чем дело? — взгляд скользнул по лицам командиров нашего войска.
Отозвался Вольгаст:
— Вожди и часть воинов требуют разделить «хабр». Прямо сейчас.
Что такое «хабр» я уже знал и в будущем предвидел проблемы. Но вопрос всплыл раньше, и его предстояло разрешить.
