— Я возьму все! — у почтенного Бехтера горели глаза. — По пятнадцать копеек!
— Три! — смущенно разводил руками Деян. — Я могу по этой цене продать только три одеяла. Остальные — по честной цене. Рубль!
— Рубль! — хватался за сердце старейшина рода. — За какое-то одеяло! Да я лучше буду укрываться кошмой, как это делал мой отец и дед! Рубль! Да ты с ума сошел, купец!
— Ну должен же я хоть что-то заработать, — в смущении прятал глаза Деян.
— Три! — Бехтер жадно тянул к одеялам руки. — Давай их сюда! И пойдем, я угощу тебя. Сегодня прирезали коня, он поранил ногу об острый край льда и захромал. Проклятая зима! То оттепель, то мороз. Мы-то сыты, но мясо едим со слезами. Наши стада изрядно поредеют, пока сойдет снег.
— Я могу скрасить твое горе, почтенный, — подмигнул Деян. — Бренди! Из самой Любляны! Монастырский. Ты такого никогда не пил.
— О! — не на шутку обрадовался старейшина. — Я слышал, что это отменное пойло, но никогда не пробовал его. Погостишь у нас, почтенный?
— Увы! — виновато развел руками Деян. — Я же должен продать эти проклятые одеяла, пока на улице холодно. Летом они ведь никому не нужны. Я уйду завтра на рассвете…
Коста и подумать не мог, что визит в цитадель повернет его жизнь так круто. Он дал взятку служителю во дворце, чтобы попасть на прием к наследнику Станиславу и поздравить его с победой на дуэли. Из того, что в его семье осталось, подарить персоне такого уровня можно было только расписную шкатулку и брошь матери, и Коста не колебался ни секунды. Ему до смерти надоела служба в приказе. Надежды на повышение нет никакой, он так и умрет подьячим с грошовым жалованием. С родственниками-нобилями они не знались, их предки разошлись поколений десять назад. Фактически у Косты кроме знатной фамилии и полученного образования и не было ничего. Хотя нет, он имел неуемные амбиции и желание отличиться, о чем и заявил наследнику Станиславу прямо в лицо. Почему он так сделал? Да потому что наследник в столице — чужак. Нет у него здесь верных слуг. Одна только красотка горничная, которая смотрит на своего господина обожающим взглядом. Коста понимающе отвел глаза. Серьги в ее ушах были впору любой пани.
Лучше около четвертого наследника стать первым, чем около первого наследника тысячным. Так думал Коста, когда просил службы у того, кого нобили считали взбесившимся ублюдком. Да только сердце подьячего трепетало в предвкушении. Сердце как бы говорило: вот оно! То самое, что случается только раз в жизни. Это же птица удачи, как в одной из сказок княгини Милицы. Хватай ее за хвост, пока она не улетела.
Наследник Станислав, не глядя, поставил его подарок на стол и протянул руку. Коста чуть в обморок не упал, ведь это значит, что он принят, и принят в ближний круг. Он встал на колено и поцеловал пальцы этого необычного парня. А потом наследник вытащил из кучи подарков какой-то расписной кошель, открыл его, взвесил на руке, хмыкнул удовлетворенно и бросил Косте.
— Тут примерно сто солидов, — сказал тогда Станислав. — Это тебе на расходы. Поедешь в Персию, привезешь мне кое-что. Завтра в полдень придешь в Черный город, найдешь брата Серафима. Он решит вопросы по твоей поездке и даст образец того, что мне нужно.
— А что нужно привезти, ваша светлость? — обмирая от любопытства, спросил Коста.
— Селитра, — сказал наследник что-то непонятное и, увидев непонимающее лицо подьячего, пояснил. — Вещество такое, похожее на горькую соль. В теплых странах ее много. В Египте, в Индии… Особенно там, где лежал навоз или трупы животных. Вроде бы из скотомогильников ее добывали. Я не знаю точно, где ее найти, и это твоя задача. Надеюсь, я в тебе не ошибся.
— Трупы животных? — задумчиво произнес Коста. — Мне кажется, найти ее будет совсем несложно, ваша светлость.
— Почему? — вскинул на него взгляд наследник. И такое жадное нетерпение проявилось в этом взгляде, что у Косты даже холодок по спине пробежал. А наследник пояснил. — Я спрашивал у разведки, они ничего не слышали про селитру в Персии. Но я точно знаю, что она там есть, и превосходного качества.
— Так там до появления ислама людей не хоронили, — непонимающе посмотрел на него Коста. — Для любого огнепоклонника тело покойного — это всего лишь пустая оболочка, которую должны склевать птицы. Около каждого крупного селения есть такое место, куда тысячу лет подряд сносили тела умерших. Думаю, там-то я эту селитру и найду.
— Я рад, что не ошибся в тебе, — довольно оскалился наследник, который даже по плечу его похлопал. — Привези мне целый караван селитры. Как можно больше привези, и тогда я озолочу тебя, Константин. В Черном городе ты получишь пустой вексель. Покупай верблюдов, корабли, наместников провинций… Делай что хочешь, но привези мне эту проклятую соль.
— А разве у нас самих ее нет, сиятельный? — несмело поинтересовался Коста.
— Будет, — решительно ответил наследник. — Но для вызревания нужного количества потребуется года два. А у меня их просто нет.
