Хан Омуртаг, старший сын кагана Крума, гнал лошадей не жалеючи. Лишь только прошел ледоход, и слегка подсохла грязь, он повел своих всадников прямо к цепочке городков-данников, что его дед отнял у надменных римских властителей. Следы шли на запад, в этом и сомнений не могло быть. Трусливый мальчишка, внук императора, поспешит убежать под защиту пограничных крепостей. Омуртаг это прекрасно понимал. Отец повел войско к захваченной Ольвии, а ему поручил изловить зловредного волчонка.
Тысячи коней идут, оставляя за собой утоптанную землю, объеденную дочиста. Даже слепой найдет врага, который жжет сотни костров, забивает на мясо лошадей и отнимает зерно у словен, которые платят дань кагану. Омуртаг догонял его… Догонял с каждым днем. Но вот когда его войско втянулось в Торуньский перевал, хан приуныл. Он опоздал. Мальчишка зайдет в крепость и спрячется за высокими стенами. А у него нет ни камнеметных машин, ни таранов. Если тащить их с собой, то не успеть ничего. Ведь бык, который везет поклажу, идет медленно, а вместе с ним медленно идет все войско. Именно поэтому Омуртаг взял только легконогую конницу.
— Они впереди, мой хан! — склонил голову разведчик. — Час пути. Они рубят деревья. Будут биться, спрятавшись за ними.
— Кызаган! — прошептал Омуртаг. — Бог войны! Спасибо тебе, что отдаешь мне врага! Я принесу тебе богатую жертву. — И он вытянул руку с плетью. — Вперед!
Узкая извивающаяся полоса степного войска растянулась почти на две мили, и сердце хана царапнуло дурное предчувствие. Он лишь в немногих местах мог выстроить по фронту сотню всадников. Кое-где всадников могло пройти едва ли десять. В такие места выпускали разведку, которая спешивалась и осматривала кусты, не углубляясь, впрочем, в самую чащу. Болгары лес не любили. Отсутствие привычного простора пугало их. Пару раз им на головы летели камни и даже покалечили десяток человек, но в Карпатах немного отвесных скал, а потому лучники несколькими залпами эту проблему решили. А вот дальше…
Засека! Эти грязные собаки повалили деревья! Да еще в самом узком месте! И оттуда полетели стрелы, раня и убивая всадников и коней.
— Прикончить их! — заорал сотник передового отряда, и болгары рванули вперед.
Полусотня воинов спешилась и полезла прямо на бревна, продираясь через колючую хвою, а остальные начали стрелять, прикрывая их отчаянную атаку. Тут и там из-за веток выглядывал враг, и туда немедленно летела стрела, а порой и не одна. Плотный кафтан из войлока, запахнутого налево, кость наконечника держал неплохо. Лишь те, что сделаны из железа, пробивали двойной слой толстой ткани сразу, раня и убивая. Но мало таких у кочевников. Едва ли третья часть. В основном наконечники делают из кости, а то и вовсе стреляют заостренные прутьями, выструганными тут же. Всадник идет в поход с двумя полными колчанами. А сколько он израсходует в первом же большом бою? То-то же!
Болгары лезли на засеку, срубая мелкие ветви длинными ножами и палашами, и кое-где уже закипели схватки, где пролилась первая кровь… Омуртаг вглядывался вперед, кусая губы. Он не мог послать туда еще одну сотню. Уж очень узко, не подойти.
— Что это? — повернул голову назад хан, который услышал странный звук. — Узнай! — кивнул он нукеру, племяннику младшей жены.
— Деревья упали на тропу, мой хан, — хмуро ответил нукер, который вернулся через несколько минут. — Эти собаки прятались в чаще, а когда мы остановились, подрубили подпорки и повалили их прямо на отряд Шаруха. Пятеро погибло, несколько лошадей добить придется. Ранено еще десяток. Там даже уйти некуда. Они просто стояли и смотрели, как на них деревья падают. Тесно очень.
— Поймали? — зло засопел Омуртаг.
— Ушли, — покачал головой нукер. — Там же лес вокруг.
Омуртаг молча кивнул и снова уставился вперед, где кипел бой на полуголых стволах деревьев, заваленных телами его людей. Да-а… Теперь-то он может послать туда еще сотню, ведь от первой сотни осталась едва половина. Проклятье! Откуда у них столько железных стрел после длинного похода? Ну конечно! Ковали в Киеве, пока ждали погоды. Предусмотрительный щенок!
— Своей рукой сердце ему вырежу! — зло сопел Омуртаг, глядя на вал из тел, который устилал путь к засеке, да и саму засеку тоже. Теперь, чтобы зайти на эту немудреную преграду, нужно спешиться за полсотни шагов и идти по телам товарищей и трупам коней, которые завалили всю тропу.
Вторая атака захлебнулась тоже, и Омуртаг скрепя сердце повернулся к нукеру. Есть кое-что в седельных сумах для такого случая. Немного, правда, но есть. Жаль, конечно, расходовать драгоценное зелье, но куда деваться. Голодранцы из нищих родов еще идут на смерть, но позади уже стоят его близкие. Он не станет класть родню на этих бревнах.
— Принеси шары с огненной смесью, — приказал Омуртаг. — Трех будет достаточно.
Нукер понятливо кивнул и развернул коня. А Омуртаг в очередной раз порадовался своей предусмотрительности. Он-то думал, что придется волчонка из какого-нибудь городка выкуривать, вот и прихватил…
