Каким образом использовать пленницу, пока не придумали. Глупо было надеяться на то, что некромант, узнав о том, что его ученица томится в плену, выйдет к ним сам. Впрочем, охрана у неё была достойная, а держали её на всякий случай почти в центре лагеря.
Наверное, это была единственная удача за всю военную кампанию. Как позже понял Друмон, его окружают одни предатели, которые захотели его смерти. Против него стали плести заговор с целью убийства, а самое неприятное, что в нём приняло участие сразу несколько высокородных дворян. Заговор раскрыли, а вот казнить предателей без решения совета он не смог. Хотел, да только остальные тут же сказали, что в этом случае уведут своих солдат обратно, сам будет с бывшей королевой разбираться. Можно было всю эту шваль перерезать, да вот беда, об этом быстро узнают наследники, а они остались там в своих владениях и точно поднимут бунт, пока нет армии. Ещё заговорщики воспряли духом и начали отрицать всё, в чём их обвиняли, утверждая, что оговорили себя под пытками, в общем, ситуация во всех смыслах скверная. Дворянский совет заявил, что не станет принимать участие в штурме, пока не проведут следствие и не предъявят им исчерпывающие доказательства заговора.
Тайная канцелярия Друмона недаром ела свой хлеб. Доказательства нашли и совет с явной неохотой, но согласился на казнь, которую назначили на утро. А ночью произошло событие, которое привело узурпатора в бешенство.
Началось всё с того, что его разбудили ночью и доложили о том, что неприятель уходит со стены, как будто собрался уступать. Без приказа короля на штурм пойти не могли, пришлось разбудить монарха, разумеется, он сам пошёл убедиться, что это правда. На стенах укреплений вообще никого не было.
— Может, заманивают в ловушку? — Предположил один из советников. — Или решили сдать укрепления?
— Второе вряд ли, — проворчал кто-то из аристократов, тоже собравшихся рядом с королём. — Смысла в этом никакого нет, тут у них имеется шанс нас задержать, а если пропустят, мы все их земли разорим.
Больше никто высказаться не успел, на стене появились две фигуры, которые хорошо было видно при ярком свете луны. Какое-то время ничего не происходило, а потом со стены начали прыгать какие-то существа. Увидев их, некромант, стоящий рядом с королём, удивлённо, а скорее даже ошарашенно произнёс:
— Этого просто не может быть, — выдал он. — У скелетов нет мозгов, они не могут жить, то есть существовать. Их нельзя поднять.
К этому времени новую угрозу успели оценить, как и то, кто к ним так сильно торопился. В отличие от простых мертвяков скелеты приземлялись на ноги, но не ломали их, как можно было ожидать, а тут же резво бежали к лагерю, уже гудевшему как улей и изготовившемуся к бою.
— По-твоему, нам всё это кажется⁉ — Зло рявкнул Друмон, рывком разворачивая мага к себе, а после бешеным взглядом оглядел присутствующих одарённых. — Вы так и будете тут стоять или, наконец, окажете помощь нашим воинам⁉
Противники оказались намного опаснее обычной нежити, на подходе удалось убить всего около трёх десятков скелетов, а потом они ворвались в ряды солдат. Как оказалось, кости у них были очень крепкие, не каждый ратник мог отрубить конечность с одного удара. Арбалетные болты пробивали головы, если только выстрелить в упор, но скелетов дыры в голове мало тревожили, вообще никак не замедляли.
Часть солдат, потерявших своих командиров, начали отступать, стараясь спрятаться за магами, которые не могли в полной мере применять магию. Воины вступили в ближний бой, а в этом случае маги были связаны и могли атаковать только единичные цели. Часть скелетов умудрились прорваться сквозь строй и напасть на магов, в общем, дальше началось самое страшное. Потеряв несколько одарённых, маги стали действовать более активно, наплевав на то, что их заклинания убивают не только скелетов, но и своих же солдат, не отступивших, а сражающихся.
Друмон повидал в своей жизни многое, но такое ему довелось видеть впервые. Ценой огромных потерь удалось перебить скелетов, но на этом всё не закончилось. Солдаты, обозлённые потерями и действиями своих магов, взяли и подняли на мечи несколько одарённых. Они сделали это открыто у всех на виду, а когда гвардейцы попытались их задержать, то и остальные вояки схватились за мечи, пришлось магам сбежать под охрану и держаться подальше от разъярённых солдат. Чтобы не допустить бунта, арестовывать никого не стали, дворянам с трудом удалось успокоить своих подчинённых, но в этом больше преуспели простые десятники и сотники, тоже сражавшиеся плечом к плечу со своими солдатами.
Впервые за долгое время воинам выдали вино, чтобы хоть немного их успокоить. Тем не менее, отдельно взятые группы всё ещё пытались добраться до магов, но в целом бунтующих удалось остановить, хотя ночью то и дело вспыхивали схватки. Из организованной силы армия быстро превращалась в вооружённый сброд.
