На мой вопрос: откуда столько знати повылезало на дороги, София подробно, в лицах и жестах, объяснила, что у моего отца (прошу заметить, всё ещё предполагаемого) намечается свадьба и знать съезжается выразить своё мнимое почтение. Куда баронесса, как любимая приближённая отца, советовала засунуть такое почтение, пожалуй, говорить не буду, но запомню на будущее. Место интересное.
А вот свадьба меня напрягала. День рождение, для моего подарка, подходил куда больше. Ещё в моей думающей голове родилась дурацкая мысль, которую я никак не мог выбить из неё, и это начинало меня раздражать.
— София, — я поравнял своего мерина с жеребцом баронессы. — Могу я задать тебе один вопрос?
— Ты какой-то дёрганый в последние дни. Неужели так волнуешься из-за встречи с родным папочкой? — шутливо съязвила девушка. Мне от её шуток стало только хуже. — О боги, Найт, что с тобой? Вчера, ты хотя бы делал вид, что улыбаешься.
— Назови мне причину, по которой Вариус жениться, — угрюмо попросил я.
— Так вот, что тебя волнует, — София заулыбалась, вводя меня едва ли не в депрессию. Депрессия — красивое эльфийское словечко, переводящееся на вампирский диалект, как предсостояние самоубийства. А София была очень умна, чтобы сразу понять, что меня волнует. Я так думать и сопоставлять факты, не умею. Либо я опять думая о чём-то не о том.
— Насколько я знаю, когда я уезжала из замка, у Вариуса не было сыновей. Сейчас, я вижу только одного. Поверь мне, ему просто стало скучно, вот он и решил повеселиться. Гертруда, его невеста, пробудет в качестве королевы не больше года. Потом она ему надоест. А если ещё и не сможет понести ребенка, король будет очень зол, — успокоила меня девушка. По крайней мере, она решила, что успокоила меня.
Моё и без того мрачное настроение и общую обстановку вообще омрачило небольшая неприятность, случившаяся в каких-то двадцати километрах от замка. Я же говорил, что лошади меня не любят. В один из чудесных моментов моей жизни, я не удержался в седле и сломал левую ногу. Ох! Как нервно забегали вокруг меня вампиры! Одна эльфийка лежала перекинутой через седло равнодушного к моей неприятности Шарля и смеялась. Видимо, кто-то там, наверху, из всевидящих богов решил меня за что-то наказать. Хорошо хоть не сломал шею. С другой стороны, лучше бы я сломал шею. Процесс регенерации уже начался, пара часов и моя нога будет как новая, только ближайшие двое суток, я буду хромать. Полагаю, Вариус будет рад увидеть единственного сына в таком, хромом, виде. А если он спросит: Сынок, что случилось?
— Да так, папа, с лошади упал, — отвечу я и буду всю оставшуюся жизнь посмешищем для короля. Я бы на его месте вообще отказался от такого сына.
— Ай! Можно осторожней?
— Терпи, Найти. Мне же нужно убедиться, что кости срастаются правильно! — в ответ возмущалась София, ощупывая мою сломанную ногу. Делала она это с методичностью гнома, перечитывающего свои богатства, и не пропустила ни единого сантиметра кости. Хорошо перелом был закрытым, но мне от этого было не легче.
— Если они срастаться не правильно, — продолжала вещать вампирка-наседка, — мне придётся ещё раз ломать твою ногу. Ты ведь не хочешь этого?
Вопрос явно был чисто риторическим и отвечать я не стал, кивнул, прикрыл глаза и попытался представить, что я сплю и вижу самый страшный сон в своей жизни.
— Он и так будет хромать. Представляю физиономию короля, когда он узнает причину, — рассмеялся один из телохранителей баронессы. Я был с ним полностью согласен, поэтому предложил отсидеться пару дней в ближайшем населённом пункте и только потом, когда я смогу не хромая, пешком, дойти до замка, отправляться на встречу с моей судьбой. Куи единогласно поддержали меня, баронесса же устроила короткий скандал, но тоже сдалась, махнула своей охране. Ведущий колоны завернул нас к городку Камитью.
