Порывшись в резной мраморной шкатулке, Беландра нашла то, что искала: изящно выполненную заколку для волос в форме золотой бабочки. При нажатии на брюшко насекомого из него выскакивало тоненькое лезвие. Заколку со скрытым жалом подарил ей много лет назад вернувшийся из Физендрии Косарь. Никогда прежде Беландра ею не пользовалась.
Она потрогала лезвие – на подушечке пальца осталась тонкая красная полоска.
Как получилось, что дело зашло настолько далеко? Ответ был прост. Год за годом они с Креллисом исполняли один и тот же танец. Она старалась смягчить его сердце, сделать из Креллиса настоящего огндариенца. Он улыбался, отвечал поцелуями и говорил то, что ей нравилось слышать. И смеялся, должно быть, в душе, ожидая подходящего момента, чтобы предать ее любовь и реализовать свои политические планы. Как же она ошибалась.
Беландра опустила лезвие в баночку, наполненную желтой мазью. Еще один подарок, которым она так и не воспользовалась. Мало того, несколько раз даже порывалась выбросить.
Сестра Осени постучала лезвием по краю баночки, стряхивая излишки.
Если взять и уколоть собственную руку, будет ли Огндариену от этого лучше?
Беландра убрала лезвие в заколку, поднялась и подошла к зеркалу. Встряхнула роскошными блестящими волосами. Заколола их сзади «бабочкой». Посмотрела в зеркало. Нет, уходить самой слишком поздно. Оружие следует направить против того, кто заслужил смерть своим предательством. То, что сделано, еще можно поправить.
Выйдя из комнаты, Беландра спустилась в сад и, остановившись в тени старой, разросшейся сливы, окинула взглядом живую зеленую стену, отделявшую ее дом от дома Креллиса.
Сейчас даже не верилось, что всего два дня назад она могла заниматься с ним любовью. Ее поцелуи высушили его слезы, а через несколько часов он же осудил Брофи на смерть. Как назвать такого человека?
Проскользнув под деревом, Беландра быстро пересекла сад. Глаза пробежали по стене из холодного голубовато-белого мрамора и остановились на крошечном алмазе, двойнике того, что сиял в ее груди. Камень был столь искусно вделан в барельеф, что отыскать его мог лишь тот, кто знал, где искать: в тринадцати шагах от угла. Такие потайные двери мастера из Дома Весны оборудовали в самых разных зданиях по всему городу, и никто даже не подозревал об их существовании. Беландра знала секрет лишь этого хода. Креллис о нем не догадывался. То была одна из немногих тайн, скрытых сестрой Осени от любовника.
Она вздохнула. Сколь ни мал секрет, но, может быть, он сыграет роль в судьбе племянника. Беландра поднесла палец к камню на барельефе и одновременно, сунув руку в вырез платья, прикоснулась к алмазу на груди. Легкая дрожь прошла по телу.
Скрипнул камень. В стене появилась щель. Проход открылся. Шагнув в туннель, она нащупала такой же алмаз с другой стороны. Камень повернулся, и сестра Осени осталась одна в кромешной темноте.
Ориентируясь на полузабытые воспоминания детства, Беландра пробралась в кладовую, а из нее в кухню. Креллис еще не вернулся из Цитадели, а в доме стражи не было – брат Осени демонстрировал полную уверенность в себе.
Тихо, как тень, она поднялась по ступенькам, задержавшись на мгновение у двери с вырезанными на притолоке шестью кинжалами. Другого пути нет. Беландра открыла дверь, вошла и осторожно закрыла ее за собой.
В комнате, как и ожидалось, никого не было. Она шагнула в шкаф и притворила створку, оставив узенькую щелочку, через которую была видна кровать.
Та самая кровать, на которой Креллис уснул утром, вернувшись из Физендрии с сыном и Виктерисом. Он отсутствовал почти месяц, но в ту ночь они впервые не занимались любовью.
Как много их накопилось, приятных, милых воспоминаний. Как часто они разговаривали, смеялись. Теперь Беландра безжалостно отгоняла сладкие образы, заменяя их холодным, бесстрастным лицом человека, организовавшего судилище над Брофи. Заседание Совета закончилось несколько часов назад в Зале Окон, так что память была еще свежа.
Суд стал фарсом. Брофи заперли в Цитадели, и даже ей, его тете, не разрешили с ним повидаться. Перед сестрой Осени, полноправной хозяйкой крепости, просто-напросто закрыли ворота. В свое время Беландра позволила любовнику заниматься подготовкой стражи, потому что он знал это ремесло лучше других, потому что она ему доверяла. Даже Каменное Сердце поверило чужестранцу. И что теперь? Куда привела ее вера?
Дело Брофи разбирали несколько часов. Пригласили свидетелей с Долгого рынка. Все говорили одно и то же, живописуя, как мальчишки пили, дурачились, дрались и вообще вели себя как полные идиоты. Один торговец сказал, что видел, как они взбирались на Шпиль. По его словам, Брофи заглядывал девушке под юбку.
