— Брат! Прости, что я на тебя дулась! — внезапно выдала Ада. — Спасибо, что не пустил меня в институт благородных девиц! Ну что бы я там делала, когда вокруг одни девицы, правда? А в академии весь цвет империи! Столько парней в форме! Все боевые маги и высокородные, как на подбор! Я теперь точно мужа найду! Как это чудесно!
Как только я пришёл домой, меня усадили за поздний обед. И вот теперь я закашлялся, едва успев прикрыть рот кулаком и не дав полупережёванному куску мяса вылететь в тарелку матери, сидящей напротив.
— Кхм, кхм, что? — только и смог я выдавить из себя. — Какие ещё парни в форме? Ты с такими заявлениями вообще дома безвылазно сядешь! — я буквально был готов схватиться за голову.
Сестра потупила глаза и надулась, и только тут я краем глаза заметил, что мама едва сдерживается, чтобы не расхохотаться. Но манеры всё-таки победили, и она закрыла рот, чтобы не показывать улыбку.
— Аккуратней, — сказала она, поднимая бокал с квасом. — А я вот это уже несколько часов слушаю. Успела привыкнуть.
При этом было видно, что Горислава тоже не в восторге от размышлений младшей дочери.
Да уж, придумал альтернативу! С другой стороны, я до сих пор был уверен, что поступил правильно. Раз уж на нашу семью ведётся охота, Ада должна находиться в пределах моей досягаемости. Я смогу ей помочь, если случится непредвиденное.
— Так, у меня к вам есть предложение, — я решил перевести тему, чтобы не акцентировать внимание на восторженности сестры, а действовать в рамках придуманного мною плана. — Как насчёт того, чтобы сегодня вечером сходить в императорский театр? Вот там уж действительно блеск высшего общества будет, уверен, ослепительнее, нежели на приёме.
— А это мысль! — горячо поддержала меня маман и перевела взгляд на Аду, но та находилась в своём собственном мире восхищения и эмоций. — А что там сегодня дают?
— Понятия не имею, — ответил я, пожав плечами и попытавшись скрыть истинные эмоции. — Просто всегда хотелось увидеть вживую, что же это такое.
— Я только «за», — Горислава поднялась из-за стола. — Давай сходим, проветримся. Может, сестра твоя от мыслей о замужестве отвлечётся.
В последнем утверждении я, конечно, сомневался, но кивнул, дабы не перечить матери и поскорее начать собираться в театр. Она как раз пошла в свою комнату переодеваться, но тут остановилась на полпути и обернулась ко мне, словно что-то забыла.
— Кстати, ты какой конструкт выдал на магическом тесте? — спросила она максимально нейтральным тоном, но я видел, что её снедает любопытство.
— Много маленьких птичек соединились в сеть и сковали демона, — я буквально секунду размышлял, сказать ли правду, но сразу же решил, что особого смысла кривить душой нет. — Что это, я не знаю. С перепугу вышло.
Полуулыбка враз слетела с губ матери.
— В последний раз такое с перепугу вышло у твоей бабки, когда она полк солдат спеленала, — мать покачала головой и снова улыбнулась, но на этот раз улыбка вышла горькой.
— Солдат? — у меня даже глаза от такого заявления расширились, а Ада уронила на пол бокал, враз забыв о всех своих девичьих мыслях.
— Да год был неурожайный, — мать усмехнулась, махнув рукой, чтобы мы не особо близко к сердцу принимали эту информацию, как дела давно минувших дней. — А они за повторным налогом пришли. Долго потом разбирались, кто не прав, а кто был в своих правах, но тогда истина оказалась на нашей стороне.
— Это хорошо, — я даже выдохнул, потому что вспомнил, как за мной прислали шестерых здоровых приставов, чтобы сопроводить на Стену. А мать тогда, не сдерживаясь, накладывала на меня благословение за благословением, чтобы я там выжил. Мать седела на глазах, меняя цвет волос с огненно-рыжего на белый, выцветая, но спасая своё единственное оставшееся в живых дитя. Перечить ей не решились, ведь магия родовичей не была под запретом, а может, и потому что она тогда уже находилась под подозрением. А ведь вполне возможно, что это именно материнские благословения и смогли вернуть меня к жизни.
Я с любовью и благоговением взглянул на эту улыбчивую женщину в сарафане с огненно-рыжей косой и медовыми глазами и лишь губами прошептал:
«Спасибо, мама! Ты всё же нас спасла, хоть сама и не знаешь этого».
— Что ты сказал, Витюш? — спросила меня мать уже из комнаты. — Не знаешь, сколько билеты стоят? Сколько денег брать?
— Не знаю, — я пожал плечами. — Вряд ли дёшево. Давай посыльного отправим.
Мне в голову пришла мысль, что пора бы озаботиться своими финансами. Правда, пока я понятия не имел, как можно заработать, одновременно учась в академии. Но это ничего. Главное, озаботиться, поставить себе цель и искать способы её достигнуть.
Мы успели вовремя. Минут за тридцать до третьего звонка. Давали малознакомую мне классику «Восхождение Примарха». Но сейчас сама пьеса интересовала меня меньше всего.
Я озирался по сторонам, но среди множества блистающих драгоценностями и улыбками господ никак не мог отыскать взглядом Тагая. Тогда я повернулся к матери.
