Но это было не главное. Отвесная стена под нами оказалась не просто стеной. На ней, словно выступающие из тела наросты, виднелись друзы драгоценных самоцветов. Судя по зелёному оттенку, с энергией жизни в них.
— Ничего себе! — лицо Кости удлинилось, а нижняя челюсть чуть не обвалилась на грудь. — Вот это да!
— Они дорого стоят? — поинтересовался Тагай, переводя взгляд с меня на Жердева и обратно. — Да?
— Достаточно, — кивнул головой Костя. — По крайней мере про мох можешь забыть. Выкидывай его прямо тут!
— А как мы их снимем? — спросил я, заглядывая за край.
Дело в том, что верхние друзы находились на полтора-два метра ниже уровня коридора. И достать их просто так не представлялось возможным. Нужно было что-то придумать.
— Ну я могу попробовать… — Костя тоже заглянул за край.
— Слушай, — я окинул его оценивающим взглядом. — А давай-ка мы тебя за ноги возьмём, да и спустим вниз. Как тебе такой вариант? А ты как раз сломаешь несколько друз и поднимешь к нам сюда.
— А так действительно будет проще! — согласился он. — Давайте пробовать. Я вроде бы не очень тяжёлый. Только не отпускайте меня! — и он усмехнулся, но как-то не очень весело.
Так мы и сделали. Костя лёг на пол коридора, мы взяли его за ноги: я — за левую, Тагай — за правую, и спустили вниз.
— Всё! Отлично! — крикнул Костя снизу. — Сейчас!
Последнее слово он сказал с некоторым напряжением, после которого послышался хруст. Я помнил, что мой друг обладает недюжинной силой, но вот так отломить драгоценные камни это надо было постараться.
— Так, левее! — командовал он нами. — Ещё немного! Отлично!
Ещё хруст и ещё. И так, пока у него не закончилось место в руках.
— Вытаскивайте! — сказал он.
И появился к нам из-за края с целой охапкой драгоценных камней.
— Тут всем хватит, — заявил он, высыпая всё добро на пол. — Разбираем.
— Да вместе пока положим, потом разберём, — я махнул рукой. — Не место тут.
— Без проблем, — Костя поднял, руки, выставив их ладонями вперёд, полностью принимая моё решение, и убрал все камни в свою сумку. — Как скажешь. Слушай, я там заметил одну… проблемку.
— Что такое? — я уже собирался уходить, поэтому развернулся к выходу. — Хочешь ещё набрать? А чего не в следующий раз? Жадничать ни к чему.
— Да нет, — я видел, что другу неловко, а мы с Тагаем пока ничего не понимали. — Там вот слева, если посмотреть, — он указал рукой за край, и я выглянул, чтобы увидеть в отсветах светлячков. — Там есть выступ. На выступе кладка яиц. Судя по их виду, отложила их скорпиида, но сделала это чрезвычайно неудачно.
— Место неподходящее? — я нахмурился, потому что никак не мог понять, что хочет от нас Жердев. — Ну так, а мы тут причём? Я не буду перетаскивать яйца скорпииды.
— Не надо переносить, — Костя замахал руками. — С точки зрения расположения, как раз место — вообще идеальное. Ни один враг не доберётся. А вот с точки зрения, климата — всё очень плохо. Кладка практически остыла, — он бросил на нас короткий взгляд. — Малыши вот-вот погибнут. А матери нет, куда-то запропастилась.
— И чего ты от нас хочешь? — я улыбнулся. — Чтобы мы их высидели?
Тагай рассмеялся. Я вслед за ним. А вот Костя только смущённо улыбался.
— Вить, можешь их подогреть, а? — никогда не видел у него такого выражения. — От огня они согреются и точно смогут выжить.
— Ты сейчас серьёзно? — я только сейчас понял, что он не шутит. — Хочешь, чтобы я подогрел яйца скорпииды?
— Они погибнут, если ты этого не сделаешь, — ответил Жердев.
— Ты просто пойми, если сейчас придёт их мама, то всех нас съест за такие эксперименты с её детишками! — я смотрел в упор на друга.
— Вить, если не сделаешь, им хана, — он покачал головой. — Это точно.
— Кость, у меня только один вопрос: Какого демона тебя беспокоит кладка дикого животного или членистоногого? Чем там оно является? У нормального человека, знающего, как выглядит их мама, будет только один рефлекс — сваливать с максимальной скоростью отсюда. А у тебя инстинкт спасения сработал…
Я разглядывала товарища и ждал ответа. Жердев замялся, а после ответил:
— У меня отцу однажды собиратели притащили яйцо скорпииды из разграбленной кладки. Скорлупу с яйца облупили, и детёныш умирал. Мы пытались помочь, но безрезультатно. Считай, хочу очистить совесть за того.
От такой истории даже Тагай ткнул меня локтем в бок.
— Вить, ну что тебе стоит… подогрей чуть, а? Мы тебя подержим.
— Ну ладно, — я пожал плечами. — Спускайте.
Я не собирался приближаться к гнезду с яйцами, которые были размером с мою голову, ближе, чем на десяток метров, потому собирался запустить кольцо пламени, сформировав заготовку в правой руке. Судя по тому, как пальцы покалывало словно иголками, это был не маленький шарик силы Рароговых, а жёлтый огонь Аденов, что не могло меня не радовать. Значит, Саламандра не настолько обиделась, чтобы забрать с собой родовой огонь тохаров.
