Вихри сопроводили нас вплоть до горной гряды. Затем, видимо, посчитали, что больше нам ничего не грозит, и двинулись обратным курсом. На данный момент я мог констатировать, что вообще ничего не понимаю.
Там же, у подножия, нас встретила четырёхрукая мать демонёнка. Она прижимала все четыре руки к груди, словно замёрзла. А стоило нам подъехать и спешится с коней, как она вдруг бухнулась на колени и лбом чуть ли ударилась в камни под ногами. Мелкий спустился столь же проворно, как и залезал на Резвого, и подбежал к матери. Копируя её жесты, он бухнулся на колени рядом.
— Спасибо, лорды, — проговорила она, и я с удивлением понял, что смутно, но понимаю её речь. — Благодарю, что не оставили в беде. Сати благодарна! Сати подскажет! Сати отплатит!
То есть она совершенно точно говорила не на русском — моём родном. И не на тохарском, который я немного знал от отца и на который частенько переходил Аркви. Она говорила на неизвестном мне ранее языке, но я его понимал. И вот это было удивительно.
А затем я прикоснулся к своей груди и понял, что татуировки нагрелись. Скосив глаза, я увидел, что моя кожа даже просвечивается сквозь одежду.
«Судя по всему, перевод уже не потребуется, — заметил Резвый. — Наш мальчик действительно обрёл слух».
Я оставил его замечание без внимания. Хотя в другой раз обязательно ответил бы, что пущу на колбасу. Но сейчас я был поражён своим новым умением или знанием. Это всегда удивительно, когда тебе начинает открываться что-то ранее неведомое. Такое, как другой язык, другая страна, иные миры.
И ещё я понял, что Сати, как называла себя демоница, не хочет пускать нас обратно домой.
— В ущелье нельзя, — она подняла все четыре руки. — Там низшие убийцы. Они прячутся, хоронятся между скал. Набирают силу.
— И сколько их там? — спросил я, вот только сделал это по-русски, поэтому демоница застыла и принялась хлопать глазами, уставившись на меня, совсем как её сын за час до того.
На этот раз выручил Аркви. Он спросил её.
— Сколько демонов ты видела, Сати?
Та опустила две нижние руки, а на верхних растопырила все десять пальцев.
— А с запада ещё идут, — она подняла правую нижнюю руку и выставила ещё два пальца.
— Десять чего? — удивился я, понимая, что разговор точно не про штуки.
— Легионов, — мрачно ответил Аркви. — Десять легионов в ущелье и два на подходе. Горный в опасности.
Только тут до меня дошёл страшный смысл сказанного Сати. В ущелье уже прячутся десять легионов, и к ним на подмогу идут ещё два. То есть пятьдесят тысяч демонов. И ещё десять скоро прибудут. Стена, которая должна будет перекрыть это ущелье, а вместе с ним выход к Горному со стороны капища, не достроена.
Шестьдесят тысяч низших просто сметут город и соседние сёла, не оставив от него камня на камне. Сколько бы ни встало против них магов, это слишком большое количество. Всех просто не выйдет убить.
Я стал лихорадочно вспоминать. Это же должно было происходить в моей прошлой жизни, так? Хотя бы что-то похожее, потому что моё появление тут просто не могло так сильно изменить события.
И точно! Я вспомнил. Был глобальный прорыв в Уруме, стоявшем в двадцати километрах от Горного, по ту сторону хребта. Но в этот раз они решили изменить тактику и ударить отсюда.
Я постарался припомнить подробности. Прорыв в Уруме был одним из самых крупных за всю историю. Но там чуть более сложный рельеф. Демоны потеряли треть своих бойцов, ещё не приблизившись к Стене.
Затем атаковали её, но с большими жертвами демонические легионы были откинуты прочь. Мы тогда как раз только-только собрались переезжать. Отец с братом были в отпуске близ столицы, заказывали охранный контур на поместье, потому и не попали в самую мясорубку.
Ущелье же по идее не должно было дать проход легионам демонов. Во-первых, узко, нельзя напасть широким фронтом. Во-вторых, ледник там не таял последние лет пятьсот, большинство бы сдохло. В-третьих, на белоснежном фоне их легко должны были обнаружить разведчики.
Но, судя по всему, они изменили тактику. Ледник в этом году ни с того, ни с сего принялся резко таять, образовав на дне ущелья ручей, а вместе с ним и проход. Демоны не стремились сразу броситься в атаку. Они наполняли ущелье, судя по всему, прячась от разведчиков. У меня было слишком много вопросов, и пока слишком мало ответов на них.
Но главное, что мой родной город был в опасности. Моя семья была в опасности! Опять. Обстоятельства менялись, а вот опасность, смертельная и неминуемая, оставалась.
«Мне нужно спешить! Мчать прямо сейчас домой, чтобы предупредить близких. Они должны встретить угрозу во всеоружии!»
И вместе с тем я понимал, что, как это непечально, совершить сейчас необдуманный поступок — это будет не только верная смерть мне самому, но и всем жителям Горного. Десять легионов, подумать только! Да и ещё два на подходе.
— Надо срочно предупредить наших, — сказал я Аркви, понимая, что начинаю вариться в собственных неприятных мыслях, которые двигаются по кругу. — И ещё успеть всех увести.
