— Ты не понимаешь, Виктор, о чём ты говоришь. Вот если кто-то, кроме нас с тобой, например, те ребята, которые приходили сюда за скорлупой скорпииды, узнают, что у тебя в амулете есть вот такой вот крошечный камешек муаса, тебя уже абсолютно точно захотят убить. Скажу тебе больше: того, что у тебя есть, хватило бы мне на очень интересные эксперименты. Поэтому знаешь, дорогой мой, насчёт килограмма звучит примерно так: «Я хочу немного посидеть на троне Российской империи. Ну, мне много не надо — на месяц-два, и вот будет достаточно».
Я засмеялся, просто представив, что я такой подхожу к трону, говорю Екатерине Алексеевне: «Вы извините, я буквально вот на месяц-другой. Вы пока можете в отпуск сходить, там, на море съездить».
Но затем над столом повисло молчание. Я вдруг понял, что дело-то дрянь, потому что минерал нужен был для того, чтобы дать поддержку Азе и ещё… Одним словом, я остался от разговора в некотором замешательстве. Но естественно поблагодарил Игоря Вениаминовича за информацию, а сам записал себе на подкорку: «муас».
Ну и то хорошо. Хотя бы буду знать, что искать.
А тем временем в академии происходили довольно интересные пертурбации. Дело всё в том, что после объявления Вяземского о том, что мы будем биться на турнире в день Урожая, это заставило многих пересмотреть своё отношение к действующим составам пятёрок.
Некоторые считали, что внутри одной пятёрки должны быть собраны представители всех стихий, и в этом случае будет довольно просто занять на турнире первое место. Другие считали, что нужно опираться на более сильных бойцов, а не на разнообразие стихий.
Третьих устраивало то, что было на данный момент. Я в этом плане прикинул, что у нас в пятёрке с боевыми магами вообще не очень, но это было не главное. Свою пятёрку я подбирал по другому принципу.
Сейчас мне больше было интересно то, что происходило с другими пятёрками. Я изучал своих соперников. Но, кроме всего прочего, кроме сил и умений курсантов, в дело подготовки боевых групп вмешалась и политическая составляющая.
В связи с тем, что уже две недели ничего не было слышно об отце Зорич и о дяде Голицына, их обоих можно сказать изгнали из пятёрок — не желая с ними иметь никакого дела. Ну вот, вдруг выяснится сейчас, что они дети изменников Родины. И что тогда? Тогда вся пятёрка срежется сразу на старте.
Но показательней всего была именно ситуация с Радмилой. Её место в пятёрке заняла никто иная, как Снежана Морозова. Именно она встала на место Радмилы. Более того, из всех девчонок, собранных в пятёрке, она оказалась самой сильной и принялась тренировать остальных. За что девчонки из группы были ей невероятно благодарны.
Соответственно, в какой-то момент из шестидесяти боевых магов сложились одиннадцать боевых пятёрок, и ещё пять человек оказались вроде как не у дел. Из них сложили пятёрку, которая по всем своим параметрам должна была стать слабейшей.
И именно в этой пятёрке оказались и Голицын, и Радмила. Но они до сих пор не разговаривали друг с другом и даже не смотрели друг на друга. Поэтому, как они будут взаимодействовать, я вообще не понимал.
Что касается собственной группы, меня больше интересовало, как мы будем противостоять против классических пятёрок — со стихийниками, и сильными боевыми магами.
В какой-то момент я понял, что наша пятёрка, по сути, состоит из сильно разноплановых магов. У меня была магия огня, причём, от двух линий крови сразу. Мирослава — рунистка, которая могла усилить каждого, но не могла считаться полноценной боевой единицей.
Дальше и вовсе начались танцы с бубнами. Тагай — менталист, который не особо мог показать свою ментальную сущность, а в своей второй магической направленности был следопытом, то есть фактически только видел следы магии. В принципе, я понимал, как можно его использовать, но не как боевую единицу.
Итого, уже минус двое из пятёрки.
Костя. Но Костя мог хорошо дать в жбан. Этого у него не отнять. А вот с магической специализацией тоже были некоторые проблемы.
«Ну что, — думал я, — в крайнем случае он влюбит в кого-нибудь противника по-быстрому. Скажем так, это пол единицы».
И оставался Артём Муратов.
Тут мне стало даже немного грустно. Конечно, здорово, что он мог законспектировать толстый том за одну ночь, но что он мог сделать в боевых условиях? Выпустить его с этим толстым томом, чтобы он дал им кому-нибудь по тыкве? Я усмехнулся, но достаточно грустно.
Итак, наши шансы на успех, казались мне не очень-то и серьёзными. Но потом я вдруг подумал, не просто же так Муратов пришёл на боевой факультет?
Нам нужно было с ним обстоятельно поговорить. С другой стороны, всё то, что я перечислил в своём уме, можно было компенсировать рунными цепочками Мирославы.
Защиту и даже физическую атаку можно было поставить на очень высокий уровень, недоступный практически никому из курсантов.
Единственная проблема заключалась вот в чём: рунные цепочки — это длинная последовательность различных рун. Их нанесение занимает много времени. И, во-первых, Мира не успеет наложить их непосредственно перед боем.
