— Да ё-моё! — проговорил я и постарался наладить связь ещё раз, но у меня ничего не получилось. — Да вот что ж такое-то! Мне надо с ней договорить.
— О чём? — не поняла Аза. — Вроде бы обо всём договорились?
— Обо всём, да не обо всём, — ответил я. — Мы договорились о том, когда у меня получится попасть в храм.
Я попробовал наладить связь ещё раз, но всё было тщетно. Как будто какая-то внешняя сила обрывала энергетические линии.
— Послушай, — проговорила Аза, — сегодня ты уже вряд ли чего-то добьёшься. Дело в том, что, скорее всего, сместились линии разломов, и по этой ветке ты уже связаться не сможешь. Нужно будет в следующий раз всё делать чуть иначе. Но я попробую подсказать, что знаю.
— Хорошо, — кивнул я.
И понял, что один единственный разговор с демоницей вымотал меня напрочь. И то, естественно, не сам разговор, а именно вызов Зары и удержание связи в активной фазе, а потом ещё и несколько пустых попыток вызова.
Но своей главной цели я добился. Я предупредил Азарета и надеялся, что тот найдёт что противопоставить селекционерам. Пусть и опосредованно, но это должно было помочь и нам. Чем больше селекционеры будут заняты войной внутри своего мира, тем меньше у них останется времени и сил на войну с людьми.
Вирго даже немного дрогнул, когда его препроводили в тюремный корпус Тайного сыска.
На несколько минут ему показалось, что его каким-то образом смогли рассекретить. Сейчас поместят в специальную камеру, где он ничего не сможет сделать, либо хозяин тела, в личине которого он сейчас был, сделал что-то противоправное.
Но затем Вирго успокоил себя. Во-первых, в памяти испанца ничего такого не было, по крайней мере в краткосрочной памяти.
С другой стороны, относились к нему не как к подозреваемому, а достаточно учтиво. Другое дело, почему человек, которому искали помощь на таком уровне, находится в заключении. Вот это уже было непонятно.
Впрочем, для Вирго это сейчас было не самое важное.
В конце концов, всё разрешилось, потому что провели его не в одну из камер, а в специализированную комнату, больше напоминающую палату, пусть и запирающуюся снаружи, нежели тюремную камеру.
В палате Вирго встретил человека, находящегося в глубоких раздумьях и, кажется, сильно озадаченного жизнью. Его представили как Слободана Зорича. И тот взглянул на Вирго с искренней надеждой и желанием, чтобы ему помог хоть кто-то помог.
«Что ж, — подумал Вирго про себя, — я действительно тебе помогу, но за это ты поможешь мне».
— Антонио Фагундес, — представил сопровождающий Зоричу Вирго. — Испанский лекарь, который, возможно, сможет вернуть вам память.
— Очень приятно, — проговорил Слободан Зорич.
— Взаимно, — ответил ему Вирго.
На этом сопровождающий сказал:
— Дон Антонио, прошу вас пройти ещё к начальнику имперской безопасности Светозарову. Он находится здесь же, неподалёку.
В кабинете у Светозарова Вирго почувствовал работу различных артефактов, но поскольку они были рассчитаны на людей, а не на высшего демона, то он с лёгкостью смог преодолеть их действия.
Хозяин кабинета представился и сразу же перешёл к делу.
— Сколько вам понадобится времени на лечение? — проговорил Иосиф Дмитриевич, глядя на него. — Ещё меня интересует гарантии.
— Какой может быть гарантия? — ответил Вирго, внимательно глядя на Светозарова. — Нон гарантия я не дать. Я должен говорить больной и говорить мозг больной.
— Понятно, — кивнул начальник безопасности, во взгляде которого добавилось скептицизма. — Что по времени?
— Три день быть рядом день и ночь. Третий день больной спать, я работать. Если всё хорошо, то больной здороветь, встать, всё помнить, а я спать. Мой сил много тратить. Потому я спать. Если сил нет совсем, то я спать семь день. Анабиозо.
На недоумённый взгляд Иосифа Дмитриевича он добавил:
— Ваш человек дать пить мне раз день вода сахар. Это условие главный. Без это не брать работа. Не брать лечить.
— Конечно, — согласился Иосиф Дмитриевич, — это не проблема, обеспечим лучший уход. Но скажите, он действительно будет помнить всё? На это есть надежда?
— Помнить будет, — сказал ему Вирго в обличье Антонио Фагундеса.
— И что же вы за это хотите? — поинтересовался Иосиф Дмитриевич.
— Я хотеть? — переспросил Вирго, глядя в внимательные глаза Светозарова, после чего ответил именно так, чтобы начальнику безопасности понравилось:
— Я думать, что нужен результат, а после есть смысл говорить цена. Без результат нет разговор цена. Нет смысл. Я не просить луна небо. Я не брать деньги до результат. У нас это плохой примета.
На том Вирго со Светозаровым и расстались. Демона, принявшего облик испанского врача, отвели обратно в палату к Слободану Зоричу.
Два дня Вирго практически не отходил от Зорича, только иногда выходил принять душ и прогуляться, так как это было в характере испанца.
