— Да, да, да! — Резвый внезапно оживился. — Я люблю путешествия, я люблю приключения. Мы увидим что-нибудь новенькое. Мы проведём время с тобой вдвоём, и я буду самым счастливым демоном в мире.
— Вот-вот, — сказал я, — поедем, посмотрим, что там и как.
Мы обернулись, Аза и Искра степенно гуляли по берегу озера о чём-то болтая.
— А зачем ты тогда просил женщину-то? Я не пойму.
— Ну, я же не знал, что она будет такая, — возмущённо ответил мне конь, но в его голосе всё же проскользнуло восхищение. В этот момент Аза запрыгнула на Искру и, прижавшись к её шее, пустила огненную демоницу в галоп.
— Я тоже не знал, тут уж каких выдали, — сказал я и расхохотался.
Резвому, наверное, предстоит ещё много познать в этом мире.
Совещание у селекционеров.
Тени в зале сгущались, будто живые. Где-то капала вода, смешиваясь с кровью на полу — кто-то из младших демонов недавно допустил оплошность, и теперь его останки медленно стекали в сточную решётку.
Максвелл сидел, откинувшись на спинку трона, вырезанного из черепов поверженных магов. Его пальцы сжимали рукоять кинжала, оставляя царапины на кости. Он был хмурым и говорил значительно резче, чем обычно. Сразу было видно, что его не устраивает сложившееся положение дел.
— Итак, — проговорил он, оглядывая собравшихся. — Вирго умер, перед смертью успев отправить мне немаловажную информацию. Муас в империи есть, и мы должны его добыть.
Глаза демона горели, но в них светился не энтузиазм, а угроза.
— На данный момент это — сейчас основная наша задача. Благодаря муасу мы, наконец, сможем прикончить Азарета и его щенков. Что у нас по Альпам?
Командующий военными операциями селекционеров Милес встал, его доспехи, сваренные из пластин демонической стали, лязгнули.
— Люди заперли перевалы. Наши отряды застряли, как шакалы в капкане.
— Краткий анализ, почему так вышло? — голос Максвелла напоминал скрип ножа по камню.
— Молниеносные атаки были хороши при первых ударах, дальше всё решила логистика. Хоть люди и слабо одарены, по сравнению с нами, но у них появились летательные аппараты, которыми они осуществляют переброску своих одарённых. Пока мы пешком пробираемся по льдам и снегам, они летают и успевают выстраивать на нашем пути стены, заваливать ущелья.
— Что вы предлагаете? — поинтересовался в связи с этим Максвелл.
— Предлагаю увеличить количество воздушных всадников, чтобы уничтожать человеческие летательные аппараты. Пока в полной мере с ними могли справиться только менталисты, заставляя идти на таран скал. Но с потерей менталистов противопоставить людям становится нечего.
— У кого есть какие предложения?
Тут поднялся Кайго, молодой офицер с лицом, изуродованным шрамами от человеческого огня.
— У меня есть идея.
Все повернулись к нему.
— Мы уничтожаем их аппараты… а зря, — Кайго указал вглубь территорий за пределами Стены на карте. — Один целый дирижабль — и мы проникнем в тыл. Не через горы. Через небо.
В зале прокатился ропот. Судя по всему, об этом уже думали, но вслух высказывать не спешили. А тут молодой демон решился на это.
— Менталисты сломят волю не только экипажа. Мы заставим людей открыть ворота какого-нибудь отдалённого форта, — глаза Кайго горели. — Одна крепость в наших руках — и вся их линия обороны рухнет. Нескольких сильных менталистов нам вполне хватит для того, чтобы удержать целый участок фронта открытым для проникновения легионов низших.
— Уверен? — поинтересовался Максвелл, который понял, что сейчас получил действительно интересное предложение.
— Если мы в состоянии удерживать по пять тысяч демонов одним менталистом, мы в состоянии удержать и две с половиной, три тысячи человек, — ответил Кайго. — Они ненамного сильнее, чем обычные низшие демоны. Сопротивляемость менталу у них примерно такая же.
— Хорошо, — Максвелл даже потер руки. — Сколько времени потребуется на захват дирижабля?
— Кроме захвата дирижабля, нужно ещё выбрать участок фронта для обвала. Обследуем крепости, перебросим резервы в одну точку для имитации крупного прорыва. Спровоцируем их на использование летательных аппаратов.
— Какая империя подходит для удара?
— Скорее всего, Российская. Пока в боях принимали участие только их летательные аппараты.
— Даю согласие, — ответил Максвелл и даже повеселел, потому что понял, что у них появился реальный шанс переломить ситуацию в свою пользу. — Кайго, Милес, вы будете курировать данный проект.
На следующий день окончательно решили, что выдвигаемся мы через два дня. Сделано это было для того, чтобы все приглашённые сумели побыть на траурных мероприятиях в честь погибших в академии и в Альпах, а уже затем в полной боевой готовности отправиться в сторону наших новых земель.
