— У нас есть информация, — проговорила старая ведьма, — из надёжных источников, — она зыркнула на собравшихся за столом. — Императрица сегодня умерла родами.
Морозов с Вулкановым переглянулись.
— И да, — с некоторым неудовольствием проговорила старая ведьма. — Она родила мальчика. И, судя по всему, он выжил.
— Вот как, — невесело усмехнулся Ледобор, — получается, у нас наследник престола появился.
— Да как сказать, — проговорила ведьма.
Морозов заметил, как при этих словах посмотрел на женщину парень, который представился Ярославом Болотовым.
— А что тут думать. Проблема престолонаследия решена. Сын же есть, — порывисто ответил Вулканов, которого страшно стало раздражать это хождение вокруг да около.
— Или вы, госпожа Ликомора, считаете, что у нас в империи есть какие-то проблемы с престолонаследием? — решил спровоцировать ведьму на откровенность Ледобор. Ему самому эти танцы с бубнами не нравились.
— Нет! — ведьма уверенно покачала головой. — У нас никогда и не было проблем с престолонаследием, если уж на то пошло.
— Ликомора, вы о чём сейчас говорите? — поинтересовался Ледобор.
— Известно о чём. Вот сейчас перед вами сидит законный претендент на престол, — ведьма указала на Ярослава Болотова. — Он внук прошлого императора и племянник недавно почившей императрицы.
— И каким образом это стало возможно? — поинтересовался Ледобор, понимая теперь, в чём смысл их приглашения, и тут же начиная высчитывать, какую пользу он может от этого получить. — И, если можно, поподробнее.
— Давайте сразу приступим к делу, — согласилась Ликомора. — Так случилось, что около пятидесяти с небольшим лет назад я понесла от прошлого императора и мне не вытравили дитя, а разрешили оставить его как запасной вариант для империи. Как лазейка на случай… ну вот, например, на такой случай, что произошёл сейчас. Как вы понимаете, все подтверждающие это регалии у меня есть. Так вот, я родила сына от императора, а вот это, — она снова указала на Ярослава, — это мой внук с толикой крови Святозаровых.
— Чем докажете? — поинтересовался Ледобор. — Как вы понимаете, одних бумаг в данном случае маловато, — Морозов усмехнулся.
— Это я, конечно, понимаю, — усмехнулась старая ведьма и незримо для глаз всех присутствующих выхватила узкий нож и провела им по ладони. После чего протянула эту самую ладонь над столом. — Я клянусь своей кровью в том, что действительно родила ребёнка от императора Алексея и что Ярослав — это его прямой наследник.
Вулканов вытащил медальон для кровных клятв, и старуха приложила окровавленную ладонь к нему.
Кровь зашипела и начала испаряться. Это явно говорило о том, что её клятва истинна.
— Я могу доказать чем угодно, что Ярослав Болотов — это тот человек, который реально имеет право на престол, — проговорила старая ведьма.
— Это слишком серьёзное заявление, — нахмурился Морозов.
— Да, — проговорила она. — Ярослав — мой родной внук. И внук последнего императора, и родной племянник императрицы, почившей сегодня. Что немаловажно, парню есть восемнадцать лет. Он вполне способен создать семью, при этом он может дать наследника. С этим всё в порядке. И это ещё не всё. У него есть способности Светозаровых, и он может это подтвердить. Плюс ко всему прочему, есть капище, которое откликнулось на его призыв. Да, оно там у нас, у Болотовых, однако проверить это проблемы не составит. То есть по всем категориям Ярослав гораздо лучше подходит на роль наследника престола, чем какой-то младенец, родившийся буквально не то вчера, не то сегодня. Ему, может быть, и дня от роду нет.
Морозов с Вулкановым снова переглянулись. Это уже, похоже, стало традицией сегодняшнего вечера.
— К тому же, — продолжила старая ведьма, — ещё неизвестно, чьей крови этот самый младенец.
— Как неизвестно? — возразил на это Лан Вулканов. — Он же точно от Светозаровых, его же императрица родила.
— Ну, это да, — нехотя согласилась ведьма, — но кто его отец? Кто-то из сербов? — она сказала это максимально пренебрежительно. — Или, возможно, кто-то из Вихревых? Я уверена, что сама императрица не смогла бы ответить на вопрос, кто отец этого ребёнка. По донесениям, к ней много кто захаживал, и какая там в итоге кровь, совершенно неизвестно. Есть такая сказка, знаете? Родила царица в ночь не то сына, не то дочь. Вот это как раз про неё.
— Да, — твёрдо сказал Морозов. — Но сам факт наличия в нём крови Светозаровых не оспорим.
— Согласна, — Ликамора ухмыльнулась. — Этот факт не оспорим. Но он же только родился. Простите, а какая у нас детская смертность? А в целом какая смертность? Если уж императрицы мрут, как мухи, то о детях и говорить не приходится. И ещё другой вопрос: иметь на троне младенца да при регентском совете, где каждый будет тянуть одеяло на себя, — это сомнительная польза для империи. Другое дело — иметь на троне юного императора, который при том уже достаточно умудрён для того, чтобы принимать решения. А советники, разумеется, будут из лояльных кланов.
Она расплылась в улыбке ещё шире и кивнула присутствующим.
