У него был торжественный вид служителя культа, который имеет право первой ночи с невестой.
Откуда-то вынырнул Ржига. Он уже успел оправиться от удара о палубу и теперь излучал готовность получить новые тумаки.
– Что он говорил, Басти? Про Столпы Мелькуинна, нет?
– С чего ты взял? – буркнул Себастьян.
– Дык мы ж про них недавно говорили. Предел мира…
Себастьян пожал плечами:
– Ты набросай все свои вопросы на листке и подай капитану Бреннану в письменном виде. А то зачем через мое посредничество?
Ржига передернул плечами и гордо удалился. Кажется, играть в кости с Аюпом Бородачом и одним из двух гигантов – глухонемых братьев-близнецов.
Каспиус Бреннан-младший ожидал Себастьяна, привалившись спиной к громадному, в рост приземистого человека, пыльному сундуку с серебряной инкрустацией. Правой рукой капитан взвешивал пухлый том, левой смахивал с него при помощи кисточки кусочки растрескавшегося коричневого слоя.
– Зайди, – приказал он. – Сядь. Я не буду долго переходить к делу. Сам понимаешь, что после того, что ты сообщил на суде, ты никогда не вернешься домой, Себастьян Мельмот Эйри.
Начало разговора в самом деле выдалось весьма впечатляющим. Себастьян кротко склонил голову к плечу и выжидающе смотрел на Бреннана. Капитан хлопнул ладонью по сундуку и воскликнул:
– Клянусь кишками Илу-Марта и всеми демонами Омута! Ты мне нравишься! И глазом не моргнул. Я имел в виду то, что ты никогда не вернешься домой прежним. Коль скоро ты попал в такой переплет, тебе нужна совершенно другая подготовка. У тебя есть плюсы, но с точки зрения предстоящих нам испытаний ты соткан из одних минусов. Перечислить?
– Будьте так любезны…
– Ты не выдержан и импульсивен. Это раз. Ты не сдержан на язык и можешь ляпнуть все, что тебе вздумается. Это два. Ты самонадеян! Это три. Ты чрезмерно любопытен, и лично я удивлен, как это до сих пор не стоило тебе жизни. Один инцидент на Языке Оборотня чего стоит! – Капитан Бреннан с кривой усмешкой загибал пальцы. – Но это ладно. У тебя плохая подготовка. Ты абсолютно не готов к встрече с тем, что от тебя уже никуда не денется. Оружие в руках держал?
– И неплохо держал, – сказал Себастьян.
– Ну, о твоей самонадеянности я уже говорил… В нашей стране мало кто умеет по-настоящему хорошо владеть оружием. Альгам и Кесаврия ни с кем не воюют и не воевали давно, а внутренние распри… о, они требуют лишь незначительных усилий бойцов из особых полков Охранного корпуса. А тебе, да не услышит меня Илу Серый, эти навыки потребуются!
– Я и сам понимаю.
– За твоей спиной на стене развешано холодное оружие. Выбери любое по своему усмотрению.
Себастьян всегда полагал, что он недурно разбирается во всем колющем и режущем. Он с удовольствием прошелся взглядом по коллекции холодного оружия, висевшей на ковре. Здесь было никак не меньше четырех десятков единиц боевого оружия. Себастьян скользнул взглядом по роскошному чекану, прикоснулся кончиками пальцев к рукояти сабли с навершием, отдаленно напоминающим орла в короне. Помедлив, он взял в руки сначала массивный альгамский тесак с грубо сработанным рубчатым эфесом, а потом переменил его на палаш с великолепной гардой в виде раковины, отлично защищающей руку.
Капитан Бреннан кивнул со сдержанным одобрением:
– Недурной выбор. Тем более я уверен, ты хорошо с ним знаком. Это разновидность сейморского кламара, едва ли не самое любимое оружие королевских каперов. Незаменим при лобовой атаке. Хотя альгамские пираты предпочитают вот это… – Он приблизился к ковру и снял с него небольшую саблю с однолезвийным вогнутым клинком. – Это фальгар. Он полегче выбранного тобой палаша, более эффективен в плотной схватке. Когда нужно наносить удары во всех направлениях. Думаю, с ним мы и будем заниматься.
– А огненное оружие?
– Ты о «серпантинах»? Всему свой черед. – Капитан Бреннан отобрал у Себастьяна палаш и, всучив ему вогнутый легкий фальгар, сам вооружился совсем уж небольшим кинжалом. У него была крестовидная гарда, а клинок был украшен травлением и золотой насечкой. – Встань в центр каюты. Так. Смотри сюда. А теперь попробуй достать меня клинком своего фальгара. Ударом на твое усмотрение, в любой плоскости – колющим, режущим, комбинированным, скрытым. Ну!
– Я должен нападать на вас, сэр?
– Да!
– А вы будете защищаться вот этим коротеньким огрызком? – настаивал Себастьян.
– Несомненно.
– Тогда защищайтесь, капитан!
Справедливости ради нужно было сказать, что Себастьян владел холодным оружием довольно недурно. Причем разным. С детства ему доводилось орудовать рыбачьими ножами; при подготовке в Трудовую армию он отрабатывал владение чеканом, боевым топором и даже настоящей абордажной саблей, которая хранилась у Жи-Ру. В доме барона Армина всегда хватало тех, кто взялся бы преподать его воспитаннику искусство, достойное мужчины. Другое дело, что толку от большинства этих уроков, вдохновленных буйным хвастовством и буйным же хмелем «учителей», было немного.
