Воздух вокруг меня загустел, а кровь в жилах забурлила. Я чувствовал частое биение сердца уцелевших наемников, и течение их жизни в телах. Густой поток чужой крови умолял забрать его, сделать своим. Но меня не проведешь. Я уже прошел все эти стадии с алкоголизмом. Больше такого не надо и даром. Вот и дар мне было контролировать довольно просто.
— Опа! — весело проговорил я, перестав сдерживаться.
Я направил ладонь вперед и кровавая магия волной хлынула наружу. Вот только она приняла другую форму: грязное свечение. Оно очень отдаленно напоминало магию, увиденную мной в подземелье. Выглядит вполне устрашающе.
Ближайший наемник замер на месте. Его глаза расширились от ужаса, а рот застыл в неслышном крике. Светящиеся щупальца ударили прямо в его грудь, обхватывая тело, словно осьминог. Кости захрустели. Крик затих.
Четверо отправились за рубеж. Остался только высокий главарь в кожаном пальто и капюшоне.
Над озером повисла тишина, разрываемая лишь прерывистым дыханием и скрипом удаляющихся шагов. Свистун решил свалить под шумок, пока у него еще был шанс. Объяснять неразумному, что отступать бесполезно, никто, конечно же, не стал.
— Оно убегает, — проговорил я, повернувшись к напарнику.
— Да, господин, — равнодушно парировал Нобу, делая вид, что очень заинтересован состоянием своего клинка, а на последнего наемника ему наплевать.
— Надо бы добить, — тяжело вздохнул я, рассматривая, как свистун поскользнулся на льду и упал, смешно задергав ногами.
— Надо бы, господин, — лаконично подметил японец, не отрывая взгляда от катаны.
— Я же и приказать могу, — заявил я, угрожающе потрясывая пальцем перед собой.
Нобу отвлекся наконец от клинка и безразлично уставился на мой палец. Кажется, угрожающими мои слова и действия ему не показались. Совсем от рук отбился. Хотя, он сегодня скорее пару рук отбил.
— Можете, господин, — по-философски коротко согласился слуга, переводя взгляд на удаляющуюся фигуру. — Может, его утопить?
К такому ответу я не был готов. Да и зачем портить прекрасный ландшафт, разбивая лед. Сюда же по незнанию и рыбаки выбраться могут. А тут уже лед расколот. Непорядок. Нам такого не надо.
— Ла-а-адно, — протянул я благодушно, направляя на удаляющуюся фигуру палец, — если хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам.
Из моего пальца вылетел тонкий дротик магической энергии, который, сверкнув, улетел в сторону почти добежавшего к ограде наемника. Преодолеть это препятствие он, конечно же, не смог. Последний враг рухнул безжизненным телом на снег.
Над озером повисла тишина. Нарушаемая лишь тихим скрипом падающего снега и отдаленным гулом голосов, доносящихся с рыночной площади. Люди там еще не знали о бойне, произошедшей на озере. Тела наемников лежали хаотично разбросанными вокруг, окрашивая снег и лед в багровый.
— Господин, — подал голос Нобу, вытирающий клинок об одежду одного из наемников, — нам пора. Нельзя оставаться здесь.
Вообще-то японец мыслил здраво. Даже если удасться оправдаться перед местной властью, то это займет целую вечность. А так, без особо рьяных свидетелей можно и сразу к Софии съездить, да разложить все по полочкам.
— Да, а то найдутся какие-нибудь свидетели. Кстати, я понял, почему на рынке больше всего рыбой торгуют, — довольно улыбнулся я, обращаясь к Игараси, — тут же озеро прямо под боком.
Сказав эту фразу, я развернулся, охватывая озеро взмахом руки. И тут мне на глаза попались два мужика, тихонько сидящих с удочками на разноцветных стульях. За их спиной была палатка, а у ног стояло ведро полное рыбы.
Вот тебе и без свидетелей.
Один из рыбаков нервно сглотнул.
Нобу и я сидели у проруби рядом с палаткой и пили крепкий чай из термоса. Удивительно, но сцена на озере потрясением для рыбаков не стала. Для меня же вариант убегать и скрываться даже не рассматривался. Скорее наоборот, чем быстрее мы попадем к хозяйке города, тем скорее можно начать двигаться в правильном направлении.
Вот мужики и помогли мне отмыться, даже несмотря на некоторые опасения. Еще и чаю предложили. Теперь оставалось только ждать службу безопасности рода Онежских и надеяться, что приедет кто-нибудь знакомый.
Так и сидели молча у проруби. Нобу внимательно вглядывался в ночь, иногда двигая головой. Японский локатор получился. Я же просто отхлебывал сладкий кипяток. Передышка сейчас была кстати. Жаль только, что плащ весь в крови измазал, а мгновенно очищающей функции в него не добавили.
Мышцы все еще болели, а плечо, куда прилетело заклинание, ныло. Еще и одежда промокла, а в ботинках хлюпало. Вот тебе и гонки посреди сугробов.
— Они здесь, — коротко бросил Игараси, не меняя положения.
Рыбаки напряглись и непонятливо переглянулись. Я бы на их месте тоже удивился, если бы после побоища один из выигравших бойцов пасмурно заявил, что кто-то едет. Не понять японцу глубокую, дивную русскую душу.
— Нобу, тебя контекст учитывать не учили? — недовольно спросил я, поворачиваясь к японцу.
