– О боги, Китана, – застонал он. – Разумеется, я на тебя сержусь, но не хочу ссориться еще и из-за этого.
– Я не хотела ничего плохого, – защищалась я. – Всего лишь пыталась быть милой. Кроме того, я узнала кое-что важное.
Винсент внезапно остановился и посмотрел на меня.
– Неужели? – спросил он. – Позволь полюбопытствовать. Возможно ли, что Андре тебе что-то рассказал, лишь чтобы произвести на тебя впечатление?
Поколебавшись, я не ответила, потому что как-то об этом не думала. В ответ на мое молчание Винсент покачал головой и повел меня дальше по коридору.
– Даже в этом случае информация достаточно ценная, – сердито буркнула я. – Эзра и Эстес поссорились.
Винсент не остановился.
– Эстес сказал, что ты должен взойти на престол.
Винсент замер и обернулся ко мне.
– Что?
– Что слышал.
– И правда очень ценная информация, – признал Винсент. Впрочем, его улыбка сразу померкла, когда я выжидающе скрестила руки на груди.
– Я слушаю, – произнесла я.
– Понятия не имею, что ты хочешь услышать, – соврал он, старательно пряча глаза.
– Я слушаю, – настаивала я.
Он глубоко вздохнул и посмотрел мне в глаза:
– Что же, ты была права.
– Этого недостаточно.
– Спасибо, Китана.
– Я все еще недовольна.
Винсент усмехнулся и продолжил:
– Ты самая талантливая женщина в мире, Китана. Я благодарю богов, что ты появилась в моей жизни. Я боюсь, что однажды моя любовь к тебе погубит меня, но с каждым днем мои чувства сильнее. Я счастлив, что ты у меня есть.
– Уже лучше, – заявила я, откинув назад упавшую на плечо прядь волос.
Андре глубоко вздохнул, сидя на своей лошади. Он натянул тетиву лука, прицелился, возвел стрелу на уровень глаз и, наконец, разжал пальцы. Стрела в мгновение ока поразила цель, и подстреленный олень рухнул на землю.
Сопровождающие нас слуги собрались возле оленя. Они тоже получали свою часть добычи, поэтому были очень довольны.
Андре распрямился в седле, наслаждаясь точным попаданием. Тао повернулся ко мне.
– Каждый из нас подстрелил кого-то, – произнес брат. – Ты же не удосужился даже стрелу из колчана достать. Что с тобой, брат, потерял сноровку?
Я был искусным стрелком, мог поразить любую цель, но в последнее время, особенно после гибели ребенка, я задавался вопросом, действительно ли я могу делать все, что хочу. Я улыбнулся и собирался ответить, но вмешался Иван.
– Его жена этого не одобряет.
– Что за чушь ты несешь? – нахмурился я. Китана командовала мной в спальне, но за ее пределами мой авторитет оставался неоспорим.
– Не сердись, брат, – вздохнул Иван. – Мне просто кажется, что старого Винсента уже нет. На его месте теперь милый котенок, который во всем советуется со своей женой.
Я продолжал пристально смотреть на Ивана. Брат кашлянул и отвернулся. Казалось бы, тема закрыта, но я почувствовал необходимость ответить.
– Никакой я не котенок.
– Хорошо, – согласился Иван, не глядя на меня, – раз уж ты так говоришь.
Я понимал, что каждое сказанное им слово лишь усиливает мою злость, но все равно хотел знать, что на уме у брата.
– Говори, что думаешь, – процедил я.
Андре и Тао с любопытством наблюдали за нами. Я поблагодарил богов, что среди присутствующих не оказалось Эзры. Я бы задушил Ивана, если бы он отпустил этот комментарий в мой адрес при Эзре.
Иван скептически посмотрел на меня, но, заметив мою решительность, продолжил:
– Ладно. Кажется, с Китаной ты немного размяк.
– В чем дело, Иван? – насмешливо улыбнулся Тао, пытаясь раззадорить Ивана.
– Хорошо, – продолжил Иван, явно желая проявить себя. – У тебя ведь сейчас плохие отношения с Китаной?
Я ни с кем не делился деталями наших с женой отношений, и вопрос Ивана меня удивил. Я не знал, что наше отчуждение так заметно. Иван понимающе улыбнулся, когда я не ответил.
– Временами в отношениях мужа и жены может наступать холод, – возразил я. – И что доказывают твои слова?
Я искоса наблюдал за Андре, надеясь заметить хоть какие-то эмоции, но выражение лица брата оставалось каменным.
– Могу я узнать, почему вы ссоритесь? – ответил Иван вопросом на вопрос.
– Нет.
– Ладно, – ничуть не обиделся брат. – Я и так знаю.
– И почему же?
– Китана превратила тебя в какого-то детеныша панды и теперь сожалеет об этом. Она скучает по тому сильному мужчине, которого знала до замужества, но не говорит прямо. Поэтому она бесится из-за любой мелочи.
– Ничего подобного! – завопил Тао. – Ты совсем с ума сошел. Я не понимаю, как можно строить такие догадки, совершенно не зная, что между ними происходит.
– Слушай, мне и не нужно этого знать. Китана – женщина и как все подобные ей особи имеет определенный взгляд на мужчин.
Тао снова насмешливо улыбнулся:
– Неужели, брат? Ты самый младший в семье, но так много успел узнать о женщинах.
– Мне восемнадцать, Тао, – вздохнул Иван. – Я не настолько мал, как ты думаешь. Кроме того, мне не нужно изучать женщин, чтобы доказывать свою правоту.
