Сейчас Гарольд размышлял, не зря ли он обещал Салазару, что поедет в Хогвартс, но, что сделано — того не вернуть. Поэтому, Гарри пошёл собираться в дорогу. Он решительно отказывался прятаться, показывая слабость, что бы ни случилось.
Каждый видит, каким ты кажешься, но мало кто чувствует, каков ты есть.
Николо Макиавелли
Первого сентября Гарри проснулся в семь. Позанимавшись в тренировочном зале, парень пошёл в столовую, где его уже ждал Сал.
— Как настрой? — спросил призрак.
— Ты же знаешь, что я не хочу уезжать. Но не переживай, я всё же еду. Домовики уже сложили мои вещи, — Слизерин кивнул.
— Ты взял все необходимые зелья?
— Да, я всё положил, — вздохнул Поттер, вспоминая, сколько зелий он сварил для себя за это лето по специальным рецептам, ведь обыкновенные не подходили из-за слёз феникса и яда Василиска в его крови.
Сразу после второго курса, когда он переехали в Слизерин-мэнор, Сал, узнав, что его Наследник не дружит с зельями, принялся усиленно учить его этому искусству. Надо сказать, что зелья Гарольду понравились, ведь был тот, кто мог ответить ему на вопросы, не наорав при этом, и помочь.
Парень сел за стол и принялся копаться в завтраке.
— Ты не в настроении, — констатировал очевидный факт Салазар, подходя к Гарри. — Что случилось, опять думаешь о Поттерах?
— Да, — жёстко выплюнул его потомок. — Как же я устал от всего этого. Зачем они все умирают, неужели смерть героев так привлекает их? Они потом всё равно должны будут «вернуться» в мир живых. Меня это просто выводит из себя! Как можно жертвовать ребёнком ради какой-то славы и признания, да даже ради «общего блага»?! Да и вообще, неужели Дамблдор думает, что ему легко удастся провернуть всё это?! — к концу монолога Гарольд почти кричал, от его спокойствия не осталось и следа.
Салазар опустил руки на плечи парня, видя как магия вокруг того, буквально кипит:
— Успокойся, всё будет хорошо, ты ведь и сам это знаешь, — спокойно проговорил призрак, хотя внутри у него всё разрывалось на куски: он, как и сам Поттер, не понимал, как что-то может быть дороже ребёнка.
Магия такого точно не одобрит, и никогда не простит. Она не любит, когда разбрасываются её детьми.
* * *
На вокзале Кингс Кросс, возле входа на платформу 9¾, Поттер увидел своих «друзей». Те встретили его фальшивыми улыбками и причитаниями о том, как они сожалеют, что в этом году Гарри не смог погостить в Норе, тем более, после смерти своего крёстного. По мнению самого парня, Рон с Гермионой, как и всегда, не отличились особой тактичностью, а скорее даже наоборот — они умышленно бередили его раны, пытаясь пробудить чувство вины, что им определённо не удалось.
Пройдя в купе, Гарри сел возле окна, достал книгу по чарам и принялся читать её. Боковым зрением он уловил, как его «друзья» обмениваются многозначительными взглядами, но он сделал вид, что ничего не заметил из-за того, что был поглощён чтением книги, которую, между прочим, прочитал ещё летом, не упуская при этом ни одного взгляда или жеста «друзей».
Несколько раз Рон пытался отвлечь его от книги, но Гарри вежливо отказывался то от игры в шахматы, то от взрывных карт или разговоров о каникулах.
После этого они некоторое время ехали молча, пока дверь их купе не открылась, являя им Малфоя со своими телохранителями в лице Крэба и Гойла:
— Поттер, — протянул тот, — Ты наконец научился читать? — подметил Малфой, увидев у него в руках книгу.
— Хорёк! — воскликнул Уизли, подскакивая с места, и готовясь к назревающему конфликту, — Проваливай отсюда, пока имеешь такой шанс!
— Рон, успокойся. Малфой, — Гарольд кивнул незваному гостю, — очень остроумно, — усмехнулся он, — а теперь, если это всё, что ты хотел сказать, то покинь, пожалуйста, это купе. Как ты верно заметил, я немного занят, чтобы в очередной раз тратить время на ссоры с тобой, — скучающим тоном протянул парень.
Физиономия слизеринца вытянулась, как и у всех, кто пребывал в купе на данный момент. Малфой пристально вгляделся в лицо Поттера, но не заметил там ни малейшего намёка на издевательство, только скучающее выражение лица. На его пристальный взгляд, Гарри приподнял одну бровь и усмехнулся, когда увидел, как трое слизеринцев исчезают в дверном проёме, при этом, громко хлопая дверью купе за своими спинами.
— Почему ты ему ничего не сказал?! — выкрикнул Рон.
— Я попросил его выйти из купе, если ты не заметил, — спокойно, с безразличием в голосе ответил Поттер. Его утомляли эти бессмысленные стычки и споры, тем более, что если в этом году появятся Поттеры, то ему уже не нужно будет притворяться.
— Но он оскорбил тебя, — с искренним недоумением сказал Уизли, добавив при этом: — И он Пожиратель Смерти, как и его отец.
— А вот этого мы точно не знаем, — спокойно заметил Гарольд. — Дети не должны отвечать за действия и ошибки своих родителей, — добавил он.
— Гарри, я тебя не узнаю! — в отчаянии выкрикнул «друг».
