Засланные мной киры поддержали меня дружным выкриком согласия, которое поддержало еще несколько человек. Не все, но несколько, и это уже хорошо. Первые шаги сделаны, я зародил в них семена сомнений, и вскоре, при правильной поливке, они прорастут, укрепят свои корни, и из них вырастет целый лес. Осталось только додумать, чем же его поливать.
Двери храма распахнулись, и из них вышел целый отряд вооруженной охраны. Возглавлял их тот самый эльф, который разговаривал со мной несколько минут назад. Он указал на меня и приказал остальным:
-Вот он. Взять еретика.
-Что я вам говорил? - крикнул я остальным, театрально попятившись назад. – Вот перед вами пример вашей свободы, вот как они охраняют свою ложь. Эльфы не дадут вам знать правду, ведь для них это означает потерю своей власти и силы. Они будут давить вас и унижать, пока все не склонят своей головы. Вам решать, каким будет ваше будущее: жить в красочном плену или усилиями отвоевать себе достойную жизнь и свободу.
Сильвия направилась к нам, обнажая свой клинок. Ферал схватил ее за руку. Киры, стоявшие в толпе, тоже кинулись мне на помощь, но их опередили. Откуда-то из толпы кинули камень, он полетел в эльфийский отряд, и ударил одного из них в незащищенный шлемом висок. Тот тут же повалился наземь, и дальше началась полная суматоха.
Женские крики, мужские возгласы, грозные приказы эльфийских стражников друг другу. Видимо, у простого храма не было определено, кто является командиром над стражей, либо его просто не оказалось на месте, и никто не знает, кто и кого должен слушать. Люди навалились на эльфийскую стражу, и ситуация накалилась до предела. Для вида ударив пару стражников по лицу, пытаясь не убить их, я постарался слиться с толпой и направился как можно дальше от всей этой неразберихи. Не забыв по пути найти своих киров и забрать их с собой.
-Идем дальше, пока они не опомнились, - приказал я следящему за происходящим широко открытыми глазами Фералу. Мои слова не произвели на него никакого эффекта. Мне пришлось слегка потрясти его за плечо, и громко, чуть ли не крича, повторить, - идем дальше. Ферал, очнись!
Замотав головой в разные стороны, он пришел в себя и повел нас дальше.
-Да кто вы такие? – спросил он, на следующем повороте, - приходите из ниоткуда, прячетесь от инквизиции и кидаетесь такими словами. Честно сказать, я и сам на минуту поверил в них и готов был присоединиться к остальным.
-Рано, - неопределенно произнес я, и только через несколько шагов понял, что не ответил на вопрос провожатого, а только загнал его в большие раздумья. – Рано тебе еще знать, Ферал, пока неизвестно, что нам скажет барон, и как все обойдется. Потерпи немного и он сам тебе все расскажет. А что до моих речей, то в них действительно стоит верить. Оглянись вокруг и ты поймешь, что это правда. У тебя из родных кого-нибудь наказывала инквизиция за то, что он не совершал?
-Тетю, - после недолгого раздумья ответил он, - десять лет назад. Помню, я тогда вернулся с очередного задания из окрестностей и увидел мать в слезах. Она сказала, что у сестры реквизировали дом и лавку, а когда она начала сопротивляться, то ее забили чуть ли не до смерти. Три года спустя она умерла от ножа в какой-то канаве. Мы хотели ее принять, но она не согласилась. Не хотела обременять нас. Отец мог бы что-то решить, как-то повлиять, но он пал в битве с какой-то шайкой разбойников за несколько месяцев до этого. Черные были времена.
-Мне жаль, - остальной путь преодолели молча. Правда и идти оставалось недолго. За следующим поворотом перед нами возникла крепкая внутренняя стена, охраняющая вход в дом Лардуса.
У ворот стояли два стражника. Не по уставу разговаривая между собой, они не замечали ничего вокруг и поэтому были застигнуты врасплох неожиданным появлением небольшого отряда.
-Стоять, кто такие, куда направляетесь? - от неожиданности, глотая слова, спросил один из них. Русый парень, с тонким подбородком и голубыми глазами.
-Свои, Ласвел, неужели не узнал, - ответил Ферал, выйдя чуть вперед, - отец опять поставил тебя сторожить двери? И чем же ты ему насолил в этот раз?
Ласвел грозно взглянул на нас, приказывая забыть услышанное, и произнес:
-А есть разница? Пока отец жив и молод, что ему мешает веселиться и обращаться с близкими, как со скотом? Но пусть не удивляется, что, когда он ослабнет и не сможет вести дела, ему будет определено место рядом с конюшней.
-Жестоко, - коротко заключил Ферал, и сменил тему, - мы пройдем? Провести их - приказ твоего отца, и ты знаешь, что он не потерпит вмешательства в его дела. Даже от тебя.
Ласвел послушно отступил, пропуская нас в небольшой парк, ведущий к дому его отца. За воротами оказался вполне приличный клочок прибранного леса, посреди цивилизационного города. Дорожки были покрыты брусчаткой и тщательно убраны от лесного мусора, повсюду стояли скамейки, а из животных здесь максимум были белки да дятлы. Это место идеально подходило для отдыха после долгого дня.
-Это был сын Лардуса? - наглядевшись на окружающий нас пейзаж, спросил я.
