Я вглядывалась изо всех сил. И под самым набалдашником жезла я нашла то, что искала. Две крошечные, почти незаметные буквы, уместившиеся бы на четверти ногтя и едва видимые без лупы.
Алексис Волнар. Тёмный Магистр.
Последние сомнения отпали. Передо мной был жезл Тёмного Магистра. И отец дерзко, нагло, на глазах у половины магистрата и самого архимагистра, дарил его мне.
– Итан Волнар владеет твоей свободой, – произнёс отец. – Я не могу заставить его снять с тебя печать, но я знаю, что мальчик хочет получить ответы. Пусть считает этот жезл намёком, что я буду готов с ним говорить, когда моя дочь вновь будет магом и печать будет снята с её руки.
– Вряд ли это произойдёт скоро, – вздохнула я, оглядывая жезл.
– В его силах приблизить это время.
Мы помолчали, глядя друг на друга.
– Ты сможешь дать Итану ответы, только если архимагистр разрешит Итану поговорить с тобой, – наконец сказала я. – Пока это не так.
– Посмотрим. Итан Волнар, как я слышал, весьма талантливый молодой человек и наверняка умеет быть убедительным.
Стражи в алом с недовольным видом переглянулись, но ничего не сказали.
Я ещё раз оглядела жезл и аккуратно прицепила к поясу. Интересно, что скажет Итан, когда его увидит?
– Теперь ты выглядишь как настоящий маг, – произнёс отец, напряжённо улыбаясь. – Но магии у тебя пока нет, а вот опасности никуда не делись. Я надеюсь, ты будешь очень осторожна, Эва.
Я грустно улыбнулась.
– Я попытаюсь.
Отец накрыл мою руку своей.
– Если этот парень не вернёт тебе магию, напомни ему, что никто, кроме меня, не расскажет ему всю правду. А я не скажу ни слова, пока ты не будешь свободной и счастливой. Даже если сам архимагистр прикажет мне.
– Боюсь, Итан очень упрям, – сказала я. – Но спасибо.
Отец улыбнулся мне одними глазами.
– Удачи, Эва, – негромко сказал он. – Исправь за меня мои ошибки. И знай: я чуть не умер, пытаясь дать тебе свободу. И умру ещё раз, если это потребуется.
Он молча поклонился мне, и я наклонила голову в ответ. В глазах вновь стояли слёзы, и я торопливо их сморгнула. А потом отец кивнул своим сопровождающим и почти тотчас исчез в толпе. Мне осталось лишь вздохнуть, провожая его взглядом.
Заиграла музыка. Я узнала нежную, щемящую тему Зимнепраздника, которую в детстве я так часто слышала на городских улицах. Только здесь она была облагорожена скрипичным квартетом, глубоким альтом и флейтой.
– Бал открывает первая пара! – раскатился по залу торжественный мужской голос.
Без особого удивления я увидела, как Итан твёрдо, умело ведёт Ренату в танце. Должна признать, это было красиво.
Я стояла, вбирая Итана глазами. Мы с ним были связаны так, что крепче некуда. На моей груди лежал медальон, согретый теплом моего тела, на моём запястье светилось его имя… я ведь принадлежала ему, правда? Я сжала губы. Но я не хотела ему принадлежать. Плевать на печать, внутренне я свободна! И что бы ни происходило, так оно и останется.
Вот только смотреть на этих двоих было… неприятно. Я зябко поёжилась.
– Позволено ли мне будет пригласить самую красивую девушку в этом зале на танец? – раздался слева до боли знакомый голос.
Я обернулась. Кавалер в глухой чёрной маске, сняв шляпу, низко поклонился.
– К вашим услугам, прекраснейшая незнакомка.
И тут я наконец его узнала.
– Леандро! Но ты же был с другой девицей!
– О да, – кисло проговорил Леандро. – Вот и она тоже меня узнала. Точнее, узнал этот мерзавец Кертис и сообщил ей. Похоже, он вконец решил испортить нам бал.
– Неудивительно, – хмыкнула я. – Ведь Итан увёл у него девушку.
– Я ещё уведу у Кертиса десяток девушек, – пообещал Леандро. Глаза его задорно горели из-под маски. – Я злопамятный. Так что, потанцуем? Кстати, на крыше…
– Ждёт мягкий плед, – кивнула я. – Я слышала. Как ты думаешь, Итан после нашего с тобой свидания сбросит тебя с крыши или просто отмутузит?
Леандро сник.
– Сбросит, – признался он. – Прямо в каминную трубу. А потом спрыгнет сверху и поджарит вместе с зефирками и овсяным печеньем. Ненавижу есть сладкое с выбитыми зубами.
– До этого не дойдёт.
– Это ты зря. – Леандро кинул взгляд на Ренату, хохочущую в объятьях Итана. – Как бы это сейчас ни выглядело, про тебя он не забывает.
– Верится с трудом, – не без горечи произнесла я.
Леандро пожал плечами.
– Этот парень… я не знаю, что он к тебе чувствует. Может, и не любовь, кто его знает? Но у него определённо вспыхивают собственнические инстинкты, когда речь заходит о тебе. – Леандро ухмыльнулся мне, и в этой ухмылке было неожиданное сочувствие. – Итан не хочет, чтобы кто-то причинял тебе боль. А это значит, что никаких свиданий у тебя не будет. Ни со мной, поскольку у меня новая девица в кровати каждый четверг, ни с кем-то ещё. Даже если поклонник будет самых строгих правил. Неважно. Итан близко его к тебе не подпустит. И в постели ты ни с кем не окажешься, кроме разве что него самого. Сочувствую.
– А что, Итан так плох в постели? – вырвалось у меня.
Я тут же зажала ладонью себе рот. Ох. Ну я и… я.
– Понятия не имею, – невозмутимо сообщил Леандро. – Но могу передать ему, что ты интересовалась. Потанцуем?
