– Я все хотела тебе рассказать одну занимательную историю о том, как старый хлам можно обратить в деньги, коллега на работе поведала, – заговорила Ольга. – Умер как-то один пожилой одинокий мужчина, и тут же какой-то родственник выискался, вроде как наследник. Он вывез из квартиры умершего буквально все – мебель, старые письма, открытки, марки, сервизы… В общем, решил избавиться, как ему казалось, от старья. Тут же появляется второй родственник, какой-то дальний племянник, который узнает, куда все это было вывезено грузовиком. В итоге этот племянник забрал все со свалки себе! И оказалось, что не зря – среди выброшенного оказались редкие письма XVIII века, автографы известных актеров, как советских, так и зарубежных, уникальные марки и так далее… Все это было продано на аукционе за внушительную сумму, в результате чего этот шустрый племянник приобрел себе двухкомнатную квартиру в центре Москвы.
– Надо же, – сказал Артем, когда Ольга закончила. – Действительно, никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь.
– Я не могла не заметить, какой у тебя царит порядок, – проговорила она, когда с пирожным было покончено. Девушка отпила глоток чая. – Если честно, мне всегда казалось, что у занятых людей, как ты, всегда дома беспорядок, словно там бомба взорвалась.
– Иногда в моем доме бывает и такое, – усмехнулся Павлов. – Скажем, сегодня тебе просто повезло.
– Это твои родители? – задала вопрос гостья, кивнув в сторону пожелтевшей черно-белой фотографии, заключенной в рамку из матового стекла.
– Да. Это любимая мамина фотография, на тот момент мне исполнилось всего три года.
Ольга встала с дивана и внимательно пригляделась к старому фото.
– Мама очень милая, – резюмировала Ольга после небольшой паузы. – Сразу видно, что искренний и открытый человек. Выглядит доброй и отзывчивой.
– Все именно так, – подтвердил Артем.
– А папа… – продолжала она, – …судя по глазам и уголкам губ, далеко не простой мужчина. Строгий и волевой. Тебе наверняка от него часто в детстве нагоняй был? По поводу дисциплины, ответственности и прочего?
– Конечно, как же без этого.
– Они живы? – спросила она.
– Папы, к сожалению, уже нет… Его убили по дороге с работы… Из-за квартиры, как оказалось… – чуть помолчав, отозвался Артем. Голос его звучал глухим металлом незаживающей душевной боли.
Ольга вздохнула:
– Как жаль… Хоть в чем-то мы похожи. Точнее, наши судьбы.
– Твои родители умерли?
– Да. Трагически погибли. Ты, наверное, слышал, как в 2018 году в Подмосковье разбился самолет? Рейс Москва – Орск, рухнул через шесть минут после взлета…
Голос Ольги дрогнул, и она отвернулась, делая вид, что изучает ровные ряды книг, которыми был заполнен высоченный шкаф.
– Конечно, слышал, – ответил Артем. – Это было в Раменском районе, и, если мне не изменяет память, погибло более шестидесяти человек.
– Семьдесят один, – уточнила Ольга, продолжая скользить взглядом по корешкам книг. – Мои родители летели на похороны к бабушке, матери моего отца. По иронии судьбы я должна была лететь с ними, но обстоятельства так сложились, что я была вынуждена вылететь раньше. Так что вместо одного гроба – бабушкиного – в итоге получилось три.
– Мне очень жаль, – проговорил Артем, сочувственно глядя на девушку.
Ольга оторвала взор от книг и повернулась к адвокату.
– Знаешь, когда ты сегодня меня прикрыл от дождя, я вспомнила папу, – произнесла она. – Я была маленькой, мы гостили в деревне у бабушки… Когда загремел гром, папа укрыл меня курткой, и мы побежали домой. Я прямо как сейчас вижу молнию, сверкающую на темном небе, и пронизывающий дождь, который лил стеной… Но с папой я ничего не боялась, я верила, что в случае чего он всегда меня спасет.
Она медленно приблизилась к Артему, легонько коснувшись бедром его руки, покоившейся на подлокотнике кресла.
Их взгляды встретились.
– Странные ассоциации, да? – с грустью улыбнулась Ольга.
В районе полудня у терминала «Е» аэропорта Шереметьево остановился аккуратный чистенький «Пежо», переливающийся черным глянцем словно катафалк. За рулем иномарки была Лидия Коржина.
– Ну вот и приехали, – сказала она, не выключая двигатель. Руслан нервно хихикнул.
– Все только начинается, – поправил он супругу. – Никто никуда еще не приехал.
Женщина положила руки на руль. Несмотря на безукоризненный маникюр и сверкающие свежим лаком ногти, суставы пальцев уже тронул артрит, из-за чего они начали менять форму.
– Мне с самого начала не нравилась эта затея с перевозкой товара, – сказала она. – Можно было все это сделать позже, когда уляжется суматоха.
– К сожалению, это не прокатит, – вздохнул Руслан. – Ты ведь сама разговаривала с Есенией.
– Да. Уж больно нетерпеливый покупатель попался в этот раз, – недовольно сказала Коржина.
– Дело даже не в этом. На неделе будет новый вызов к следователю, помнишь, он предупреждал?
– Как не помнить.
– Я нюхом чую, нам предъявят обвинение, – продолжал Сацивин. – Наш адвокат сказал, что пока мы проходим по делу как подозреваемые. Как только нас привлекут по всей форме, все, кранты.
– То есть как кранты?! – не поняла Лидия.
