– Ты ничего не понимаешь? – воскликнул Генрих, тоже начиная терять терпение. – Они тебя сольют! Думаешь, эта семейная пара будет выгораживать тебя, а сами тянуть лямку? Ничего подобного! Следствие, как огромная голодная тварь, сожрет их всех, прихватив тебя на десерт! Превратит в муку, как жернова мельницы! И даже не заметит, только пыль стряхнет!
Есения устало прикрыла веки.
– Что ты предлагаешь?
– Они больше не нужны, – сказал Генрих после небольшой паузы. – Как и адвокат.
– Ты о Павлове?
– Не нужно лишних фамилий, – предупредил Генрих. – Разве в твоем деле есть другие адвокаты, заслуживающие внимания?
– Хорошо, не горячись.
– Я тебя предупреждал, что с этим юристом нужно держать ухо востро.
– Отличный совет, дорогой братец. Наверное, я немного усмирю твой пыл, сказав, что именно сейчас встречаюсь со специалистом, который поможет мне организовать отвод этого чрезмерно активного юриста.
В трубке повисло молчание, затем Генрих осторожно спросил:
– Ты справишься?
– Надеюсь.
– Да, будем надеяться. И что будет, когда произойдет выход адвоката из дела?
– Тогда мне проще договориться с наследниками. Уж с двумя старыми пугалами я разберусь. Проблема в том, что мой товар отправлен на экспертизу, которая стопроцентно подтвердит его подлинность. Филькина грамота, с которой взяли моего человека в аэропорту, уже не прокатит. Поэтому пускай старухи получат весь товар обратно. А как только адвокат выйдет из дела, за них возьмусь я.
– Это все очень рискованно, – с сомнением протянул Генрих.
– У меня нет выбора. Я пообещала клиенту, что сделка состоится, – с досадой сказала Есения. – Назад отыграть не получится.
– Милая моя девочка. Еще не поздно одуматься и прекратить весь этот театр абсурда, – медленно произнес брат. – Если ты бросишь все прямо сейчас, у нас есть шанс выйти из дела без каких-либо последствий. Фиг с ними, с твоими клиентами. Лучше потерять на сделке миллион евро, чем свободу. Тюрьмы я не переживу.
– Нет, Гена. Это уже не обсуждается, – отрезала она. – Закончим сделку и, так и быть, возьмем отпуск на пару лет. Средств хватит.
– Ладно. Решай сама. Только держи меня в курсе.
– Пока, дорогой. Не переживай, все будет отлично.
Закончив разговор, Есения посмотрела на часы. Ровно четыре. Взгляд женщины переместился на лавки, расставленные вокруг фонтана, как внезапно над ухом раздался тихий бесцветный голос:
– Добрый день.
Вздрогнув, она резко обернулась, мысленно отругав себя за излишнюю нервозность. Перед ней стоял невысокий мужчина в потертых джинсах и светло-серой безрукавке, расслабленно щурясь на солнце. Его голову украшала бейсболка с эмблемой «Найк».
– Здравствуйте, Ингур.
– Присядем? – предложил мужчина. – В теньке будет намного комфортней.
Есения не возражала.
– Вы сегодня хорошо выглядите, – сделал ей комплимент Ингур, и женщина вежливо кивнула в знак благодарности. Он зевнул, прикрыв рот ладонью и добродушно улыбнулся. Глядя на его субтильную худощавую фигуру, бесстрастное лицо и расслабленную позу, едва ли можно было предположить, что перед тобой наемный убийца. Но именно им и являлся человек, от которого Есению отделяло всего несколько сантиметров.
– Давайте к делу, – предложил он. – Что у вас есть на объект?
– Все то же, что есть и у вас.
– Фигура медийная? – догадался Ингур.
– Да. Артемий Павлов, адвокат, – сообщила Есения вполголоса.
– Слышал о нем. Вы же понимаете, что в таком случае цена увеличивается вдвое.
– Разумеется. Аванс будет сегодня вечером.
– Пока я не дам положительный ответ. Я должен подумать, – мягко проговорил Ингур, и их взгляды пересеклись.
– Раньше вы не были особенно разборчивым, – напомнила Есения. Она была явно недовольна реакцией наемника.
– Раньше и работа была спокойней, – ответил Ингур. Поправив козырек кепки, он прибавил:
– До девяти вечера я дам ответ.
– Тогда до связи. – Есения решительно поднялась с лавки. – Надеюсь, мне не придется искать вам замену.
Тот пожал плечами.
– Жизнь непредсказуема, – философски заметил он, но Есения уже быстро шагала прочь, звонко цокая каблуками.
Киллер остался сидеть, глядя ей вслед со снисходительной улыбкой.
А без пяти минут девять Есении пришло СМС без единого слова. Там был лишь эмодзи в виде знака «ОК» – сложенных в кружок большого и указательного пальцев.
Ночь плавно опустилась на Подмосковье, накрыв дома, улицы и деревья мягким угольно-черным одеялом. Рассыпанные на нем звезды поблескивали, словно крохотные бриллианты. Две тени скользнули в свете уличного фонаря и замерли возле одного из участков, обнесенного изгородью из сетки-рабицы. Хозяева, вероятно, только собирались приступить к строительству, о чем свидетельствовали гора щебня и бетонные блоки, сложенные у дороги.
– Ну вот мы и на низком старте, – приглушенным голосом сказал Алекс. Он присел на поваленное бревно и, переводя дыхание, снял рюкзак. – Далеко отсюда?
– Нет. Сейчас прямо и направо, – сказал Эдуард. – Через два дома будет их коттедж.
– Метров сто?
– Где-то так.
