– Сейчас не поеду, – решил он после недолгих раздумий. – А вот утром можно и в гости заглянуть.
– Я поеду с тобой, – сказала Ольга.
Павлов отрицательно качнул головой.
– Отдыхай.
– Завтра все равно суббота!
– Тем более, – мягко улыбнулся он. – Выспись. И вообще…
– Что «вообще»?
Девушка требовательно смотрела на Артема. На ее щеках полыхал румянец, глаза искрились.
– Я уже говорил, какое-то время тебе лучше побыть в безопасном месте, – произнес Павлов, выдержав ее взгляд. – Это не моя прихоть, а подстраховка. Скажем так, вынужденная мера на три-четыре дня. Тем более ты говорила, что у тебя намечался отпуск. Вот и возьми недельку.
– Да, но… – смутилась Ольга.
– Здесь будет все, что тебе нужно. – Он сжал в кулаке баранку, и та сухо треснула. – Шамиль пришлет человека, который будет охранять территорию. Интернет и связь тут есть, каждый вечер я буду приезжать.
– Получается, я в плену, – вздохнула она. – Вот тебе и отпуск…
– Отпуск обязательно будет. На море, к примеру. Но сейчас нужно немножко потерпеть.
– А как же ты?! – всполошилась Ольга.
– Артем пойдет спасать мир, – прогудел Шамиль, и друзья засмеялись.
– Ладно, – перестав улыбаться, проговорил адвокат. – Шутки шутками, но я прошу, чтобы все было…
– Не переживай, Тема, – перебил его Шамиль. – Лучше идем, я покажу твоей подруге дом.
Пока связанные пленницы приходили в себя, отходя от шока, Алекс поручил Эдуарду закрыть занавесками все окна в доме.
– В ваших интересах не жадничать, – сообщил он, когда тот ушел. – Я своих слов на ветер не бросаю.
– Я же вам сказала, в доме пусто, – сказала Бэлла Альбертовна. – Вы можете пытать нас, но это ничего не изменит! Вы просто станете убийцами!
Алекс подошел к пожилой женщине вплотную, вглядываясь в ее осунувшееся лицо.
– Я слежу за прессой, бабуля, – медленно, с расстановкой произнес он. – И мы знаем, что вы судились с какими-то ушлыми дельцами, которые хотели вас подоить. Сначала им это удалось, но потом за вас впрягся один крутой адвокат, и теперь уже он их держит мертвой хваткой, верно?
Протасова вздохнула.
– Мне сложно понять вашу речь, но основной смысл ясен, – промолвила она. – Я могу только сказать, что суд еще не закончен.
Алекс перевел взор маслянистых глаз на притихшую Марину:
– Ну а ты? Подтверждаешь, что вы теперь богатенькие?
– Мама права, у нас ничего нет, – отозвалась Протасова-младшая. – Понимаете, суд только состоялся, решение еще не вступило в законную силу. Для того чтобы все имущество перешло в нашу собственность, потребуется некоторое время.
– Это просто формальность, – поддержала дочь Бэлла Альбертовна. – Но таковы требования закона.
Алекс хмыкнул.
– Думаете, я такой дурак? – осклабился он, показав желтые от никотина зубы. – Не прокатит, девочки.
В комнату вошел запыхавшийся Эд.
– Готово, – доложил он, избегая встречаться взглядом с родственницами. – Только на первом этаже окно разбито.
– Ну и ладно, – махнул рукой Алекс.
– Эдик! – позвала парня Бэлла Альбертовна, и тот бросил на нее затравленный взгляд.
– Эдик, я хочу, чтобы ты поговорил с нами, – тихо сказала старушка.
Алекс засмеялся.
– Ну, валяй, – разрешил он, подмигивая связанным женщинам. – Интересно, на какие темы вы собрались беседовать?
– Эдик, что вы делаете? – с болью в голосе спросила Протасова. – Ты понимаешь, чем это все закончится?
– Вполне, – процедил Эд, продолжая упорно смотреть куда-то в сторону.
– Мы ведь все тебе объяснили! Мы понимаем, у тебя тоже непростая ситуация, но… Разве то, что вы делаете, это выход?!
– Стоп! – вмешался Алекс, которому явно не понравился дальнейший ход разговора. – Давление на жалость и прочие родственные сопли я пресекаю.
По щекам Протасовой потекли слезы.
– Послушайте, молодые люди, – подала голос Марина. – В соседней комнате стоит комод, в верхнем ящике шкатулка. В ней хранятся наши фамильные драгоценности.
– Ого, а чего раньше не сказали? – оживился Алекс. Многозначительно кивнув Эдуарду, он заторопился из спальни.
– Эдик, посмотри на меня, – шепотом позвала Бэлла Альбертовна, и тот нехотя повернулся, исподлобья глядя на вдову.
– Он ведь безумен, этот твой приятель, разве ты не видишь? Он убьет нас всех!
Плотно сжав губы, Эд отвернулся, принявшись нервно ковырять заусенец на пальце.
Вскоре вернулся Алекс, неся в руках увесистую шкатулку из малахита.
– Поглядим, что тут у нас… – пробормотал он, бесцеремонно вываливая ее содержимое прямо на постель. Эдуард невольно повернул голову, рассматривая рассыпавшиеся драгоценности.
– Я, конечно, не эксперт, – заговорил Алекс, бегло осмотрев ювелирные украшения. – Но мне кажется, что эта куча максимум штук тридцать – сорок стоит. Нам с Эдом на курево едва хватит.
– Вы ошибаетесь, – возразила Бэлла Альбертовна. – Одно бриллиантовое кольцо стоит порядка двадцати пяти тысяч. Колье из белого золота стоит столько же. Еще серьги…
– Все, хватит! – внезапно рявкнул Алекс. – Кто будет всю эту шнягу продавать?! Я, что ли, буду по ломбардам шариться? Ага, щас! Давайте деньги, реальные деньги!
Женщины испуганно съежились, вжимая головы в плечи.
