Чудовищный холод мгновенно сжал его сердце. Веллинги с ужасом увидели, как их вождь коснулся камня и мгновенно превратился в ледяную статую. Лицо, борода, кольчуга, всё это превратилось в лёд и покрылось инеем. Послышался жуткий свист, похожий на свист ветра и на троне стало формироваться облако.
– Бежим! – крикнул Бьорн.
Веллинги побросали факелы и кинулись назад в туннель. Священный ужас гнал их прочь от трона Морского Царя. Господи, помоги нам выбраться отсюда, шептал про себя бегущий Свен. Ну зачем они полезли в чертоги Морского Царя. В это время пол под ними тряхнуло, но веллинги продолжали бежать.
Сонсен и команда заканчивали ремонт корабля. Доски снова были скреплены. Из нескольких весел им удалось сколотить импровизированную мачту, к которой они примеряли старый дырявый парус. Вдруг лед под ними тряхнуло, Сонсен удивлено увидел, как по белому простору льда побежала трещина.
– Смотрите, – закричал кто-то.
Сонсен повернулся к горе Морского Царя, чтобы увидеть, как в неё из серого неба ударила огромная ослепительно голубая молния.
Харл осторожно прошел в кухню. Для осуществления своей цели он снял свои башмаки с деревянной подошвой. Пришлось зайти с обратной стороны сада, но так ему удалось миновать мать, которая занималась стиркой белья. Харл знал, что оба подмастерья сейчас ушли перекусить, а отец уехал за город к мельнику за мукой. Значит, в лавке никого нет. Харлу шёл одиннадцатый год, он был сыном булочника и прачки. Его отец был не богат, но лавка приносила постоянный доход, а мать еще обстирывала богатых горожан.
Харл оглянулся и на цыпочках вошёл в лавку. Он взял две большие булки и засунул их под рубашку. Подошёл к двери. Выглянул, не появилась ли мать. Вроде нет. Тогда он крадучись проделал обратный путь. Вообще-то он сейчас должен быть в церковной школе и если бы родители узнали, что вместо этого он собрался идти на рыцарский турнир, да еще с Гриром, то не избежать ему порки.
Мать почему-то решила сделать его священником, и они практически все свободные деньги тратили на его обучение в Хаубурском соборе святого перекрестия. Отец втайне мечтал, что сын продолжит его дело и станет булочником, но не мог перечить жене.
Сам Харл не знал, кем он будет в будущем. Но одно он знал сейчас твердо ни карьера булочника, ни тем более священника его не прельщала, он хотел бы стать воином. Носить блестящие доспехи и длинный острый меч. Он бы мог совершить какой-нибудь подвиг во славу красивой знатной дамы, и император посвятил бы его в свои рыцари.
Мечтая о подвигах, сын булочника добрался до перекрестка гончарной и красной улиц. Здесь его уже ждал двенадцатилетний Грир. Несмотря на разницу всего в год Грир был выше Харла на две головы и был очень силен.
Они познакомились, когда Харла поймали в переулке трое ребят с улицы оружейников и если бы не вмешательство Грира, Харлу бы здорово досталось. В то время дети с кондитерской улицы враждовали с детьми с улицы оружейников. Но в Грире было какое-то внутреннее благородство, несвойственное обычно сиротам в бедных районах Хаубурга, он не смог пройти мимо, видя, как малыша обижают трое более взрослых ребят. Он получил тогда несколько синяков, но сумел защитить Харла. С тех пор, тот стал его лучшим другом.
– Вот, возьми, – Харл протянул вместо приветствия Гриру булки, достав их из-под рубахи.
– Спасибо, – ответил Грир, сразу впиваясь зубами в одну из них, он с наслаждением оторвал ими часть еще теплой и мягкой булки.
– Давно ждешь? – спросил Харл.
– С рассвета.
– Но.
– Ты не виноват, у тетки клиент. Их сейчас много во время турнира, – пояснил Грир с набитым ртом.
Родители Грира давно умерли и жил он у своей тетки, женщины легкого поведения. Харл был уже достаточно большим, чтобы знать, что это такое. Его родители были категорически против общения сына с Гриром. Тетка практически не кормила племянника и часто выгоняла из комнаты, как сейчас, когда пришёл клиент или когда была пьяна. А пьяна была она часто. Тетка снимала комнату на красной улице, у нее не было отдельного дома, как у родителей Харла и она еле сводила концы с концами. Грир постоянно был голоден и Харл подкармливал друга, когда мог.
– Ты идешь? – спросил Грир, пережевывая хлеб
– Да, конечно, – поспешил ответить Харл.
Они пошли в сторону центра Хаубурга. Длинный Грир в залатанной, но чистой одежде шел резкими большими шагами, Харл семенил за ним, пытаясь не отставать.
– Я договорился с одним стражником, – пояснял Грир, – он нас пропустит на место, откуда всё видно.
– Но как тебе удалось?
– Это один из постоянных клиентов моей тетки.
– А, понял.
Они подошли к самой большой площади города, королевской площади, близлежащая к ней улица уже была забита толпой. Но Грир уверено пробирался сквозь неё, расчищая дорогу для младшего друга. Наконец он добрались до оцепления. Грир спросил что-то у стражника и тот ему показал направление, через несколько минут они нашли клиента его тетки. Это был полный мужчина с седыми усами и неряшливым видом.
–Ты не говорил, что вас будет двое, – стражник недовольно скосил глаза на Харла.
