Наследники полностью

Кокошкина. Нет! Правда – не в этом. Правда – в том, что женщины, которые вас любили и отдали вам все, стареют и становятся никому не нужны. В том, что сначала вы задариваете нас цветами и водите по ресторанам, а потом изменяете с первой попавшейся актрисулей!

Катерина. Почему сразу актрисуля, что за грязные намеки?

Кокошкина. Потому что это правда! Правда! И я любила его… того, который сейчас лежит там – одинокий, брошенный, никому не нужный… Я любила его, но другая – молодая, красивая, смелая – мне дорогу перешла…

Генерал. Ну да, слышали. Черешней скороспелою любовь ее была…

Кокошкина. Этого я не знаю… Но я знаю одно: если бы он остался со мной, он был бы счастлив… Счастлив, да! Потому что я бы любила его! Я бы все для него сделала! И я сама тоже… я сама тоже была бы счастлива… Вот… А без него теперь каждый может оскорблять меня, тыкать мне в лицо мой возраст…

Кокошкина плачет – тихо и жалобно. Все чувствуют себя неуютно.

Аркадий. Ну, не плачьте… Не надо… Вы мне сердце разрываете. Слезами молодость не вернешь, ага…

Кокошкина начинает плакать навзрыд.

Генерал. С ума вы сошли, что ли? Кто так утешает женщин? Вы бы еще про загробную жизнь вспомнили!

Иннокентий. Женщины любят силу.

Делягин. Силу? Так возьмите табурет и утешьте ее своим методом. Потому что слушать это невыносимо.

Кокошкина (сквозь слезы). Ну, и не слушайте! Никто вас не заставляет…

Делягин. Как – не заставляет? Я же не могу громкость уменьшить.

Генерал. Да замолчите вы… Все!

Подходит к Кокошкиной. Берет ее за руку.

Генерал. Дорогая моя… Милая… Вы – самая лучшая. Самая женственная. Самая добрая и нежная.

Кокошкина (всхлипывая). Это вы специально так говорите… Чтобы меня утешить…

Генерал. Да, чтобы утешить. Именно, утешить. Потому что вы – нежная и удивительная. И пусть все делают, что хотят, а лично я – буду дежурить только вместе с вами! Потому что лучшего друга, чем вы, мне не нужно.

Кокошкина смотрит на него благодарными глазами, плачет, утыкается лицом в его грудь. Генерал гладит ее по голове.

Маша (Аркадию, негромко). Они по ходу как Ромео и Джульетта. Сейчас у них начнется любовь…

Аркадий. Лучше не надо, я страшных зрелищ не люблю. Идем к дядюшке, дежурить.

Идут к спальне.

Спальня дядюшки. Маша и Аркадий заходят в спальню. Тут же гроб с дядюшкой. Комната освещается пламенем свечи. Маша опасливо поглядывает на гроб.

Маша. И сколько нам тут сидеть?

Аркадий. Два часа.

Маша. Ёу! (Спохватившись.) В смысле – иу…

Аркадий. Ты что – боишься?

Маша. А то! Это же стремафон – сидеть с упокойником ночью. Вдруг он встанет и пойдет?

Аркадий. Куда он пойдет?

Маша. А я знаю?

Аркадий. Никуда он не встанет, он же умер.

Маша. И чего, это кому-то мешало? Ты кино смотрел вообще? Там покойники всегда встают и идут.

Аркадий. Так то в кино. Это же выдумка.

Маша. Ничего не выдумка. Даже по телевизору показывали. В новостях.

Аркадий. В новостях? Гонишь!

Маша. Точно говорю. И комментарий был такой уродский, типа: «политический труп встает из гроба».

Аркадий. Пес с ним, с трупом… Может, выпьем лучше? У меня с собой.

Аркадий вытаскивает флягу, стопки, наливает.

Аркадий. Ну, за любовь?

Маша. Чего? За какую еще любовь? Не буду я с тобой пить…

Аркадий. А чего не так? Я думал, ты современная девушка.

Маша. Я и есть современная. Модерн, короче, все дела.

Аркадий. Так вы чего, современные, против любви, что ли?

Маша. Не, мы за любовь. Только сейчас тренд такой – до свадьбы ждать.

Аркадий. Облом…

Маша. Бывает.

Аркадий. А ты мне вообще понравилась.

Маша. Серьезно? Ну, ладно, не расстраивайся. С любым может случиться.

Аркадий. Главное, мне жить-то, может, осталось всего ничего.

Маша. Почему?

Аркадий (понижая голос). Меня грохнуть хотят.

Маша. Вау! (Поправляется). В смысле – ёу!

Аркадий. Вот именно.

Маша. А кто тебя грохнуть хочет?

Аркадий. Не могу сказать.

Маша. Почему?

Аркадий. Потому что, если скажу, тебя тоже завалят.

Маша. Да ладно! За что?

Аркадий. За компанию. Слишком много знаешь… (Опрокидывает стопку.)

Пауза. Аркадий сидит, повесив голову.

Аркадий. Не знаю, что делать. На краю смерти нахожусь, встретил такую девушку…

Маша. Какую?

Аркадий. Особенную… Самую лучшую. Жить бы да жить, а я…