Пришлось напомнить себе, что я толстокожий Слон, необращающий на всяких Мосек внимания. В отличии от меня командирша, видимо, по должности, посчитала себя обязанной пообщаться с этим представителем собачьих. Слегка поморщившись, она бросила в мою сторону извиняющийся взгляд, а затем ответила таким утомленно-спокойным тоном, словно жалеет неразумного, повторяя ему прописную истину вместо переработки его в фарш. И, видимо, сказанное ей оказалось помощнее, чем желаемые мной кирпичи, так как глаза Моськи испуганно забегали, окружающие его плотоядно-издевательски заулыбались, а со стороны амазонок донеслись одобрительные хмыки. Во мне прямо гордость за девчонку расцвела. Причем так зацвела, что потребовала внешних проявлений. Но ничего вменяемого в голову не пришло.
Возмутитель спокойствия тем временем пришел к каким-то своим выводам и склонился в поклоне, рассыпавшись в явно извинительных речах. Командирша приняла такое поведение как должное. Ничего не говоря, она развернулась, собираясь возобновить наше шествие. Я тоже уже собирался сделать шаг вперед, как ухватил краем глаза опасность в виде подскочившего ко мне "покорившегося" здоровяка. Инстинкт самосохранения стрельнул отпрыгиванием. Да только враг оказался быстрее, а его рука длиннее, и в следующее мгновенье, схваченный за волосы я взлетел в воздух. Боль была такая, словно с меня сдирают кожу. Точнее, без ножа отдирают скальп. Даже воспоминания о садизме Юрия Рафаиловича померкли. Сознание тоже несколько померкло, а вот скорость восприятия резко возросла. Или это время решило замедлить свой бег, дав возможность увидеть, как с медленной постепенностью физиономия детины растягивается в радостную гримасу, а его огромный кулак ползет прямо к лицу протяжно разворачивающейся командирше. В голове мелькнуло видение, как хрупкую амазонку корежит и отбрасывает ударом. Такое развитие событий меня совершенно не устраивало, и я со всей силы пнул кулак. Попал, правда, только с четвертой попытки, но зато как! Детину так забавно дернуло в разные стороны. К сожалению, меня тоже, и я чудом разминулся с копьем амазонки. Оружие оказалось очень кстати. Выдернув его из рук воительницы, я со всего маху переломил древко о голову детины. Оставшимся же в руках обломком саданул по все еще державшей меня за волосы клешне. Время несколько ускорилось. Приземлившись на ноги, я почувствовал уже знакомую легкую размазанность пространства, тут же, краешком сознания, отметив, что начинаю воспринимать происходящие странности без какого либо удивления и боязни.
Внезапно оказавшаяся рядом командирша, присев, очень нежно взяла меня за руку и заглянула в глаза. Взросление тут же потребовало отвлечься от всяких глупостей и, ловя благоприятный момент, уделить все внимание девчонке. Однако рационализм упорно старался освоиться в "поехавшем восприятии", стараясь найти путь, который привел в этот мир. Амазонка стала дергать за руку. Раздраженно я попробовал вырваться и тут почувствовал направление. Мне нужно было запомнить его, ощутить его полнее, но девчонка продолжала назойливо теребить. Я дернулся, отстраняясь от нее, и… упал на мокрый асфальт. Передо мной лежала в быстро увеличивающейся луже сумка и до боли знакомый голос зарычал:
– Опять!!!
Я задрал голову вверх и, обреченно взглянув жертве Барсика в глаза, пробормотал.
– Ох, нет… пожалуйста…
Толстяк, уже дойдя до точки кипения, "выплюнул" грозное "Ты!!!", протянул руку, собираясь, видимо, повторить мое вздергивание в воздух. Однако завершить задуманное ему не удалось. Словно зеленая молния командирша амазонок, влетев между нами, с разворота заехала толстяку в ухо. Следующий же удар воительницы – вбить ногой ниже пояса – становился довольно традиционным завершением наших с толстяком встреч.
Вскочив на ноги, я схватил амазонку за руку и потащил ее прочь от стонущего врага, до того как окружающие люди начали образовывать кольцо любопытствующих. К счастью, девчонка не сопротивлялась, руку не выдирала, а главное не начинала устраивать разборок, что происходит. Она даже на бег послушно перешла, когда я ускорился. Однако сверкающие в ее фиолетовых глазах искры, обещали кучу вопросов в самом ближайшем будущем.
"Но это будет потом,– говорил себе я, оглядывая на бегу немноголюдную железнодорожную платформу,– когда отыщем тихое спокойное место для подумать",– и мчался дальше.
Программа "Новости, факты, размышления". Большой полукруглый стол, за которым сидят три ведущих. Сидящий в середине первый ведущий как бы задет тему обсуждения, а сидящие по краям, играя роль оппонентов, озвучивают возможные трактовки событий.
…
Первый ведущий: (смотрит на третьего с ярко выжженным удивлением)… "Пришествие Кровавого Монстра"? Звучит мощно. Но на мой взгляд, чересчур. Появляется такой привкус несерьезности, раздутости… (поворачивается ко второму) Как же звучит официальная версия происшествия?
