– Это я уже поняла… И… я думаю, ты справилась лучше. Да и потом… – еще одна хитринка в мой адрес, – вы по возрасту как-то больше друг к другу подходите. И естественнее смотритесь вместе…
Шедшая впереди Инти оглянулась, окинув меня и по-прежнему безучастного Мастер-Эльфа смешливым взглядом.
Значит, как минимум одна слушательница у нас была. Только мне не очень понравились эти взгляды. Лучше конечно, чем раздраженно-злобные, но все же такие откровенно несерьезные и в чем-то снисходительные. Вот я и не удержалась от напоминания:
– Вы тоже приняли присягу…
– …и готова ее выполнить, – абсолютно серьезным тоном заверила Аумика, – только не в качестве первой. Я признаю тебя главой и готова выполнять твои распоряжения. Тем более что ты показала, что умеешь не терять головы в сложных ситуациях.
Инти, еще раз оглянувшись, кривоватой усмешкой выразила свое согласие со сказанным. На душе стало гораздо спокойнее, но с другой стороны…
– Я ведь могу и не справиться, мне ведь нужна ваша помощь…
– Конечно. Хороший командир всегда учитывает мнение бойцов своего отряда…
Времени для продолжения разговора не осталось, поскольку мы уже подходили к первым рядам, и нам на встречу из толпы вышла первая семерка совета. Собственно их совет, точнее перебранка уже началась задолго до нашей встречи.
– Вот еще одна хорошая причина не хотеть командирской должности, – констатировала Аумика, кивая на встречающих, – давай, Жалуста, поговори с ними. А мы с девочками посторожим… Кхм… хозяина. Иди.
Мастер-Эльф по-прежнему смотрел безучастно, не показывая, слышал он наш разговор или нет. А если слышал, то возникал вопрос о его знании номского. Впрочем, последнее легко разрешалась, и, недолго, думая я обратилась к нему на родном языке с вежливой просьбой отпустить руку и дать мне разрешение переговорить с советом. Мальчишка, выпустив мою ладонь, согласно мотнул головой, после чего встал с независимым видом.
"Значит, понимает", – подумала я, выходя вперед к советникам.
Стоило мне только встать перед советом, как отец тут же, без всяких традиционных приветствий спросил о моем самочувствии. Так тепло, по-домашнему спросил… Вот только полно ответить мне не дал весьма язвительный советник с красными ленточками в бороде, которого, в свою очередь, перебил советник с очень красным лицом… и понеслось… Каждый обвинял другого в подтасовке в розыгрыше, одновременно отпираясь от таких же обвинений. Наконец я не выдержала и не очень вежливо, но зато громко спросила: "А сейчас-то мне что делать?" Советники замолкли. Отец посмотрел на меня и сказал, что поскольку его могут обвинить в предвзятости, то он предложит свои варианты, только если мнения советников разделятся. Мнения же советников о дальнейших действиях и не собирались разделяться. Их просто не наблюдалось. Во всяком случае, не озвучивались. Я оглянулась на Мастер-Эльфа. Тот стоял молча, всем своим видом показывая непонимание наших затруднений. Разве что со вздохом поднимал глаза к небу. Капли на листиках его короны сверкали в солнечных лучах, словно драгоценные камни.
– Знаете, – сказала я, обращаясь к советникам, – он ведь мокрый. Может, пусть пока во что-нибудь переоденется?
Папа довольно улыбнулся и подмигнул. Трое выразили неохотное согласие, а вот остальных тут же насторожило возмущение бородача с ленточками, что у Здрости все уже подстроено. Тогда отец предложил случайным образом выбрать вагончик, место куда его перекатят и того кто принесет одежду. На это возражений не последовало, и большинство согласилось с этим временным решением. Советники засобирались, и мне нужно было пойти с ними. Я уже хотела пристроиться сзади, но, поймав предостерегающий отцовский взгляд, осознала, что для начала нужно доложиться начальству.
Мастер-Эльф выслушал мое сообщение со снисходительной улыбкой. Мол, наконец-то догадались вспомнить о сухой одежде. После чего согласно мотнул головой. Однако слушал меня не только он, но и мой совсем еще несплоченный отряд. Тут уж я сама сообразила, что мне нужно хоть пару слов сказать семерке… Понятное дело, с разрешения хозяина, который опять ограничился очередным безмолвным "Да" и, демонстративно отвернувшись, стал рассматривать членов совета.
Девушки же сосредоточили свое внимание на мне. Открытой враждебности не наблюдалось, да и Аумика с Инти несколько укрепили мое самомнение. Однако до ощущения, что мы одна команда было очень далеко. А с учетом того, что еще вчера мы являлись пусть не врагами, но соперницами, то ни о какой сплоченности говорить не приходилось. Впрочем, мысль о соревновании, дала подсказку с чего начать шаг на встречу.
– Семерка! – начала я, – прежде всего мне бы хотелось поблагодарить каждую из вас за честь соревноваться с вами. Вы своими успехами заставляли меня прикладывать больше усилий. Я тянулась за вами. Я равнялась на вас. Я стремилась встать рядом с вами. Вы неотъемлемая часть моего успеха. Я горжусь тем, что вошла в вашу команду…
