- Прости, - снова извинилась она. - Я случайно… Нет. Я искала тебя. Эти Пустоши… Мне плохо, Сэл. Плохо и одиноко, и мы с тобой так…
Она не находила слов и перешла к действиям: дрожащая ладошка погладила щеку, пальчик с нежностью провел по не скрытому повязкой шраму на веке, а губы прильнули к его губам.
- Лил, не нужно.
Она казалась такой же пустой как вода. Красота, с первого взгляда запавшая в душу, теперь не трогала. Ласковый взгляд, еще несколько дней назад согревавший и будивший восторженные мечты, натыкался на стену безразличия, становясь печальным. Печаль не вызывала даже сочувствия…
- Не нужно.
- Тебе не нужно, - она отвела глаза.
- И тебе тоже, Лил. Это ни к чему не приведёт. Я думал…
- Я тоже думала, Сэл. Последние дни я только то и делаю, что думаю. И мне кажется, что-то не так. Так не бывает. Ты слишком резко изменился. В один миг. Как будто тебя заколдовали…
Он скептически хмыкнул.
- Как будто подменили!
- Нет, Лил. Прости, но я такой и есть. А ты найдёшь себе лучше.
Резко? Да. Но так было с самого начала. Резко влюбился и резко охладел. Если так смотреть, то это не странность, а закономерность.
Когда она ушла, точнее, убежала, развернувшись, вставая, так, что кончик косы больно хлестнул по щеке, Селлер смог одеться и постарался выбросить этот разговор из головы. Вышло это без труда - раны под влажной повязкой зудели и отвлекали от ненужных мыслей. Сэл смотал бинты и всмотрелся в темные, припухшие отметины на запястье: одна от его ножа, четыре от острых клыков неблагодарного оборотня. Ранки едва затянулись, а при нажатии еще сочились сукровицей - порез чуть меньше, а следы укуса заживут, видимо, еще нескоро.
- Спросить, что ли, как её зовут? - сам себе предложил он, накладывая чистую повязку. - Хуже ведь всё равно не будет. Или будет?
Если сделать это, Авелия уже никогда не поверит, что он дал ей кровь без какой-либо задней мысли. А если сделать, и легенды не врут, она уже не сможет причинить ему вреда, и сегодняшний сон не станет реальностью. Сон до поцелуя, изначально бывшего нереальным, тот сон, где она обещала перегрызть ему горло.
- Ерунда, - отмахнулся он от этой мысли.
Но пошел почему-то не к месту стоянки. Ноги сами несли в другую сторону, мимо ив, полощущих в озере длинные косы, мимо качающих тяжелыми головками камышей…
Авелия, полностью одетая, сидела, прислонившись к толстому белому стволу тополя и чертила ножом какие-то знаки на земле, и только упавшие на лицо влажные русые пряди говорили о том, что она недавно выбралась из воды.
- Как дела? - спросил он.
Наверное, это был самый глупый вопрос, который можно было задать в такой ситуации, но ничего другого на ум не пришло.
- Хорошо, - ответила она, затирая ногой свои каракули. - Было. Пока ты не появился. Что надо?
- Вель, а что ты скажешь, если я спрошу, как тебя зовут? - в лоб поинтересовался он, тут же подумав, что идея плохая, а нож сейчас полетит в его сторону. Даже зажмурился.
Девушка поднялась с земли, отряхнула штаны и презрительно сплюнула себе под ноги.
- А я почти поверила в бескорыстных магов. Можешь спросить, птичка. Я ничего тебе не скажу. Имя волку дает стая. А моя стая погибла до того, как зверь проснулся. Придется тебе покупать себе ручную зверюшку на рынке, на меня не рассчитывай.
- Жаль. В смысле, мне жаль, что так случилось с твоей семьёй, - сконфузился он. - А имя… Извини. Я не очень верю в эти сказки, просто представлялось что-то красивое и со значением. Вроде "убивающая взглядом". Сейчас у тебя именно такой вид - подошло бы. И на саальге, уверен, звучит неплохо. Переведёшь?
- Тэлута…
- Действительно, непло… Вель!
Она побледнела, пошатнулась, но устояла на ногах, схватившись за дерево. А когда он подскочил к ней, в глазах оборотня, оправдывая придуманное им имя, пылала ярость.
- Что с тобой?
- Ты придурок, - произнесла она, отдышавшись. - Или ты самая подлая тварь из всех, кого я только видела.
- Но что я?..
- Значит, придурок, - заключила она по его непониманию. - Ты только что дал имя зверю. А это ещё хуже, чем просто спросить его. Но не обольщайся, птичка. У меня много имен. А чтобы подчинить оборотня, нужно знать их все. Волчица теперь тебя не тронет. Но я не только волчица.
Стоя рядом с ней, Сэл подумал, что волчица Тэлута, может быть, и не будет возражать, а вот девушке, всех имен которой он не знает, очень не понравится, если он сейчас её поцелует. Мысль была настолько дикой, что он испугался, вспомнив слова Лил. "Как будто тебя заколдовали". Теперь это не казалось глупостью. Но от Вель объяснений ждать не приходилось - она оттолкнула его с дороги, подхватила свой лук, забросила за спину колчан и исчезла за камышами.
Вернувшись к товарищам, Буревестник напрочь забыл, что хотел отчитать брата за то, что тот бросил его одного у озера, и сразу кинулся к Галле, возившейся у костра. Видимо, лишившись возможности помогать отряду магией, подруга взяла на себя обязанности поддерживать силы бойцов едой.
