— Выслушай меня внимательно. Я не желаю знать, что и где ты натворил. И почему ловить тебя отправили целую дивизию. Мы с Хильдой уверены, ты малый правильный! Я попробую тебе помочь. Но для этого нужны деньги. Прости, но те, что ты отдал мне, пошли на оплату долга. Я и не думал, что такое случится. А дело вот в чем: Боб, мой напарник уже давно продает свой Бьюик. Машина это конечно старая, но двигатель и остальное… там, в полном порядке, я сам проверял. Он запросил за нее слишком много, вот и не купили пока. Это единственный способ убраться отсюда. Я был у Элен, когда все это началось. Домой пришлось бежать дворами. Кругом солдаты. Все с фонарями, вооруженные до зубов. Думаю, как рассветет, они начнут обыскивать дома. Если не найдется какая-то тварь, и не продаст тебя раньше.
Тим молча слушал, и в голове его постепенно зрела уверенность: «Не все оказывается, кончилось. Можно еще побарахтаться».
— Что я должен делать? — спросил он сидевшего напротив парня.
— Ты должен собраться и ждать в саду. Я попробую сговориться с Бобом. Если он согласится на сделку в такой час, остальное, думаю, мы устроим.
В комнату, одетая в ночную рубашонку, тихо вошла Хильда, и остановившись за спиной брата, заглянула Тиму в глаза.
— Прости малышка! — прошептал он ей, Я должен уехать.
Вилли поднялся со стула, и стараясь не глядеть на сестренку, сказал:
— У нас еще около часу. Потом они начнут обыскивать все дворы. Нужно решать.
Тим тоже поднялся, нашел свой костыль, и обращаясь к этим замечательным ребятам, смущенно произнес:
— Я благодарен вам за все! Очень многое хочется рассказать, но, наверное, уже не успею. Единственное хочу, чтобы вы знали, я не преступник. Возможно, мы еще встретимся, и тогда вы обязательно все узнаете. А сейчас, пойдемте.
Они вышли во двор. Где-то вдали светили фары, слышались голоса. Тим спустился в подвал, выволок свой изрядно полегчавший мешок, затем, развязав тесемки, достал сверток с серебром, вручил его Вилли. Тот сноровисто развернул тряпицу, и подсвечивая зажигалкой, отобрал несколько монет.
— Этого я думаю, будет достаточно. — Пробормотал он, еще раз пересчитывая деньги. — Я попробую, договорится и на счет горючего. Здесь достать его не так просто. Нужно ехать в город. Но у ребят всегда есть запас. Да, совсем забыл. Ты машину водить умеешь?
— Умею, конечно. У нас был Додж. Я лет с десяти освоил это дело.
— Ну а нога? Сможешь управлять?
— Думаю, смогу. Если там все работает, как нужно.
— Отлично, тогда я пойду. Жди меня в саду.
Вилли сбежал по ступеням, и растворился в предутреннем тумане. Ни один лист не дрогнул, ни одна веточка не хрустнула. На пороге дома, его ждала Хильда. Набросив на худенькие плечи свою курточку, тоненькая, большеголовая, она походила сейчас на выпавшего из гнезда птенца. Тим подошел к ней, и не удержавшись, осторожно обнял.
— Спасибо за все! Ты очень хорошая девочка! — прошептал он тихо, — Ты знай, я обязательно вернусь.
Хильда дрожала не то от холода, не то от волнения. Прижавшись к груди своего первого, и единственного друга, она тихонько плакала.
— Хильда, я хочу попросить тебя об одном одолжении!
— О каком? — подняла она мокрые глаза:
— Только обещай, что выполнишь мою просьбу, даже, когда я буду далеко.
— Я постараюсь. — прошептала она едва слышно.
— Вот возьми это! — юноша протянул ей сверток, — Здесь деньги. И я хочу, чтобы ты купила себе самые лучшие и самые красивые наряды, какие только есть. Спрячь их пока подальше. А когда все уляжется, перебирайтесь в город. Там, ты сможешь пойти в школу. Тебе нужно учиться. Ты очень умная девочка. А я, когда вернусь, обязательно разыщу вас. Только оставьте в поселке адрес.
— О чем ты, Тим? В городе мы не проживем. Там все знаешь как дорого.
— Теперь проживете. Вилли поможет тебе, правильно всем распорядиться.
Они немного помолчали. Затем юноша, подняв свой мешок, сказал:
— Ну, что ж, мне пора. Иди в дом, не мерзни. И передавай привет маме. Я буду часто вспоминать ее омлет. Жаль, попрощаться не удалось.
Тим еще раз приобнял маленькую Хильду, спустился с порога, и направился в дальний конец сада.
Ночь была сырая и холодная. Под утро выпала роса. Пока он пробирался меж фруктовых деревьев, весь промок. Остановившись у самой изгороди, юноша поискал, где можно сесть, но везде было сыро. С широких листьев над головой, срывались холодные капли, падали за шиворот, стекали по лицу. Тим не знал, сколько придется ждать. Небо на востоке, едва заметно посветлело. Сквозь листву пробивались редкие звезды. По крышам соседних домов, метались белые всполохи. Неожиданно, меж деревьев послышался слабый шорох, а затем, рядом возникла маленькая тень.
— Ты забыл вот это! — и малышка Хильда протянула ему, отцовскую куртку.
— Спасибо! Правда. А я все думаю, чего это так холодно сегодня.
Тим оделся, и сразу почувствовал себя гораздо лучше.
— Ох, как здорово! Спасибо еще раз! Ты не стой здесь. Замерзнешь.
Но девочка не уходила. Она стояла совсем близко. Маленькая, хрупкая, в своей негреющей курточке.
— Можно я побуду с тобой пока? — прошептала она, глядя ему в лицо.
