После полуночи произошло несколько потасовок. Самая обсуждаемая из них, Барон Дирмий подрался из-за шлюхи с главным оружейником, и поплатился синяком под глазом. В одной из драк был убит гвардеец Графа Клифа. Причем, кто его убил, до сих пор не выяснили. Графиня Виола Ергинская найдена мертвой в своей комнате. Её хватил удар. Поговаривают, эта святоша не вынесла происходящего в замке непотребства, после того, как её сын Юлий пошел искать отца, а сам в итоге напился и предался похоти с распутной девицей. Ещё случился скандал из-за баронской дочери Жанетты, та потеряла невинность с местным стражником. Видать, шлюхи того не устроили. И это все помимо поднявшегося скандала с покушением на Герцогиню. То, что половина стульев поломаны, столы перевернуты, посуда перебита, пол обблевали, а вся люстра увешана панталонами, и теперь зал, да и весь замок, придется приводить в порядок как минимум неделю, это уже мелочи.
Вдобавок к этому, её лесная прогулка в окровавленном виде с отрезанной головой в руках наделала шуму на все окрестные деревни. Утром в замок приходили крестьяне с двух соседних деревень, и слезно просили защиты. Оказывается, в лесу завелся демон. Выглядит он жутко, высокий, худой и бледный, будто из Бездны. Глаза красные, весь в крови измазанный. Он ест людей, не желающих служить Проклятому. При этом головы демон оставляет себе. И хрен бы с этим, выслушали бы, пообещали демона изловить, а людей отправили восвояси. Вот только пришли крестьяне к Герцогине, та успела прославиться своей добротой, открыв приют для убогих. Разумеется, общение с крестьянами, вдобавок к вопиющему разврату в замке, только убедило Беатрис поскорее отправляться в Храм.
— Ясно, — коротко заключила Эрика, затянулась дурманом, и, выбросив докуренную самокрутку в бассейн, спросила, — Какие идеи, господа?
— Идеи уже все обсуждались. Если Виктор не готов бегать за Герцогиней дальше…
— С меня хватит, — мрачно процедил тот.
— Остается только убить. Я могу взять это на себя. Девчонку можно оставить, она в Храм не хочет, все утро в истерике билась. Я организую, все как полагается, можешь не сомневаться, — отчеканил гвардеец.
— Нельзя её убивать! Только попробуй! — в бешенстве заорал Виктор, встав и повернувшись к Карлу.
— Здесь я решаю, что можно, а что нельзя! Ты не смог ничего сделать, так другим не мешай! — возмутилась Эрика.
— У меня другая идея, — уже спокойно сказал Виктор, взяв себя в руки.
— И какая же? — снисходительно уточнил гвардеец.
— Нариола, — мрачно произнес он.
— Что это такое? Объясни?
— Ты спятил, это уже слишком! — вознегодовал Карл.
— А убийство, по-твоему, не слишком? — парировал талерманец.
— Что значит нариола? Объясните мне! — повторила свое требование принцесса.
— Безумие! Зелье, которое делает из человека овощ. Человек ест, справляет нужды, но при этом навсегда утрачивает разум. Становится куклой. Лучше смерть, чем такая участь! Виктор, ты совсем спятил! И ещё меня называешь безумным! — негодовал Карл.
— Эрика, зато так безопаснее. Если её убить, однажды это всплывет. Очень скоро всплывет, и твой папаша может решить, что тебе опасно тут находиться. А так, подливаем ей в пути нариолу, и все решено. Я найду объяснение, почему я их догнал. Впрочем, повода придумывать не придется. Ева в курсе моих… признаний. И везем их обратно, ссылаясь на безумие Герцогини. От Императора можно долго скрывать, местные тоже не узнают, Беатрис и так на пиры не ходила. С Генри решит твой Тадеус. А ей уже будет все равно, она ничего не почувствует, — выложил свою идею талерманец.
— А ты, оказывается, извращенец! Я давно понял, что ты неравнодушен к ней! Она тебя отшила, убивать жалко, ведь можно сделать её куклой, и трахать её тело? Да? — ехидно заметил Карл.
— Ты меня достал, сукин сын! — Взбешенный Виктор налетел на гвардейца, намереваясь тому врезать, но тот увернулся, перехватил его руку, и резко толкнул к стене.
— Правда в глаза колет? Да? Извращенец, — с издевательским оскалом прошипел тот.
— Я тебя убью, — угрожающе прорычал талерманец.
Эрика к этому моменту уже набрала ведро с водой, эта идея сразу пришла ей в голову, только те сцепились.
— Прекратите, я приказываю! — с этими словами принцесса вылила на них воду, — Вы охерели! Я решаю, что делать с Беатрис, потому что вы служите мне! И это будет на моей совести, — жестко поставила перед фактом она, заметив, что вода действие возымела. Те успокоились, и даже отпустили друг друга.
— Вот, так уже лучше. Знаете, мне плевать, кто к кому неравнодушен, я приму то решение, которое мне будет выгодно. Ничего личного. В любом случае, она умрет. И я думаю, ничего страшного не случится, если её тело нам ещё послужит. В конце концов, у нее и так ума немного было! Виктор, приступай к выполнению плана немедленно! Если нужны особые средства, золото, все будет предоставлено! — решительно заявила Эрика.
— Как прикажешь. Нужна сотня золотых, кое-какие элементы стоят недешево.
