Его сразу поддержал Ванька Крест: — Точно. Темнит этот пацан что-то. Мне кажется, что он не наш, только фасон держит. Как бы он засланным не оказался, Хруст.
— Язык попридержи, а то я и укоротить могу, — зло буркнул я, понимая, что это еще одна проверка, теперь уже на прочность. — Значит, не договорились.
— Значит, не договорились, — повторил мои слова Хруст.
Провожаемый взглядами воров я вышел из «воровского» кабинета.
«Может, поторговаться надо было, а я сходу все оборвал. К тому же они правы, я для них никто. Ладно, что сделано, то сделано».
Остановился у стола, где сидели с пивом, Шило и Весло.
— Пока, пацаны.
Шило посмотрел на меня: — Бывай.
Весло только кивнул головой. Только я направился к выходу, как вспомнил про беспризорников, после чего резко развернувшись, подошел к стойке. Буфетчик, уже сообразивший, что я не простой человек, тут же подскочил ко мне: — Чего изволите?
— Колбаска есть какая-нибудь?
— А как же, есть, конечно. Польская, полукопченая. Тминная. Чесночная. У нас на любой вкус продукт имеется. Сальце так же имеем. Деревенское, домашнее.
— Кольцо польской и половину краюхи хлеба. Еще лимонаду или кваса бутылку. Все заверни, с собой заберу.
— Сей момент все будет готово.
Расплатившись, я забрал пакет и вышел из трактира. Подойдя к дому, увидел всех троих мальчишек, сидевших под забором. Стоило им увидеть меня, как все вскочили на ноги.
— Держите, — я отдал им пакет, потом порылся в кармане достал пятьдесят копеек. — Вот еще.
— Живем, пацаны! — радостно воскликнул Живчик, открыв пакет.
— Идемте на лавочку. Там поедите, а заодно расскажете, как день прошел.
Я открыл калитку, и мы вошли во двор. Только сейчас я подумал, что зря местным ворам про дело рассказал. Урки они и есть урки, подлые люди, а значит, могут ко мне в гости наведаться, чтобы лучше узнать, что за человек этот Старовер. Стоит им увидеть, что лежит в саквояже, заберут, не раздумывая, и ничего им не предъявишь. Только руками разведут, дескать, не мы, а кто, не знаем.
«Идиот, сам им наводку дал. Вот дурень!».
Пока я ругал себя, мальчишки разломали колбасу на три части, затем поделили хлеб и стали жадно жевать, запивая еду, ситро из бутылки. Степан сначала порывался что-то сказать, но я махнул рукой, жуй, потом поговорим. При этом сразу приметил, что парнишки снова сегодня мылись в реке, причем совсем недавно. Это было видно еще по влажным, липнущим к телу, рубашкам и штанам. Ели они быстро, жадно, но при этом старались не уронить ни одной крошки, которые стряхивались в ладонь и отправлялись в рот. Степка съел первым и посмотрел на меня: говорить? Я кивнул головой.
— Дядя, говорить совсем нечего. Все как вчера. Ездили гулять в какой-то парк, а затем ходили в кино.
— Откуда знаешь?
— Так мы с ребятами в цепочку выстроились, до самого поворота. Девчонка говорливая, все время болтает со своей теткой. Вот мы с ребятами понемножку услышали, а потом вместе сложили.
— Кто придумал?
— Я, — ответил Степка.
— Молодец. Это вам на баню, — я дал ему рубль. — Речка речкой, а запашок от вас есть, парни. Теперь, еще. Приглядывайте за моим жилищем. Это так, на всякий случай.
— Дядь, так может, еще одного возьмем. Ванька, он хороший парень.
— Ладно. Пусть будет Ванька. Два рубля на всех. Все, валите.
Сидя, снова и снова, я возвращался к мысли, что, не продумав толком о возможных последствиях разговора, сунулся к ворам. Меня подкупила возможность прямо сейчас заполучить медвежатника.
«Воры явно заинтересовались, да и десять тысяч на дороге не валяются. Вот только поторопился я, подумав, как в Красноярске будет, а вот и нет, не получилось. Там ты был представлен, люди тебя в деле видели, а тут ты никто. Интересно, что за проверка будет? Надеюсь, что уркам не придет в голову дурная мысль пощупать мой кошелек. Ладно, что сделано, то сделано. Ты, вроде, собирался девочку проведать, вот и иди».
Для визита в гости, я решил переодеться, поэтому поднялся, что зайти к себе, но в этот самый момент увидел подходившего к забору милиционера.
Я усмехнулся. Похоже, воры ничего лучше не могли придумать, как устроить мне проверку со стороны официальных органов. Остановившись у калитки, он сказал: — Здравствуйте, гражданин. Я к вам.
Представитель власти был румяный, усатый и круглолицый, лет сорока пяти, в начищенных сапогах и наглаженной форме. Судя по его круглой и сытой физиономии, ему здесь неплохо жилось. По крайней мере, мешков под глазами, морщин на его лице и седины на висках не наблюдалось.
— Здравствуйте, гражданин участковый. Решили все-таки со мной познакомиться?
Милиционер несколько опешил от прямоты вопроса. Видно привык, что перед ним все заискивают.
— Точно так. Местный участковый Мураков Сергей Валерьянович. Разрешите ваши документы, гражданин.
— Сейчас схожу за ними. В пиджаке лежат. Мигом обернусь.
Вместо приглашения пройти в дом, я оставил ошарашенного участкового стоять во дворе, а сам, развернувшись, неторопливым шагом пошел к двери.
