— Кто дернется — получит пулю, — негромко предупредил я их.
Для охранников наступила секунда растерянности, которая бывает у любого профессионала, насколько он бы не был подготовлен. Это мгновение великолепно прочувствовал Власов, мгновенно сбил в сторону руку с направленным на него оружием, что я воспринял, как приказ стрелять. В тот самый момент, когда у боевиков включились боевые рефлексы, Курильщик, как наиболее опасный в этой ситуации, получил первую пулю, а Телохранитель, потянувшийся за оружием, — вторую.
— Придержи шофера! — крикнул Владимир, вырывая из руки хрипящего Курильщика свой браунинг. Уже находясь у дверей, я услышал за спиной выстрелы и не смог удержаться, бросил короткий взгляд назад, навсегда запечатлев в своей памяти картинку. Привалившийся к лестничным перилам и залитый кровью, Шрам и всаживающий в него пуля за пулей Власов. Толкнув дверь ресторана, я выбежал на улицу. Шофер, наверно, следовал каким-то инструкциям, потому что продолжал сидеть за рулем ровно урчащего автомобиля. При виде меня его рука дернулась к оружию, но тут же опустилась при виде направленного на него ствола пистолета. В этот самый момент за моей спиной распахнулась дверь, и на улицу выбежал Власов. Стоило нам оказаться в салоне машины, как я скомандовал шоферу: — Гони!
Ревя мотором, машина рванулась вперед. Я злился, так как не понимал, что происходит, да еще эта стрельба в центре Москвы при многочисленных свидетелях. Вместо того, чтобы вести тише воды, ниже травы, мы опять засветились перед карательными органами. Догадки у меня были, но не конкретные: прошлое Власова.
Какое-то время, мы колесили по улицам в поисках спокойного места, пока не нашли глухую улочку.
— Вот здесь остановись, — стоило автомобилю остановиться, как я сразу обезоружил шофера, а Власов, наклонившись вперед с заднего сиденья, начал допрос.
— Давно знаешь Николая Курмасова?
— Курмасова? Вы, наверное, о господине Иваницком спрашиваете?
— Пусть будет, Иваницкий, — Владимир бросил злой взгляд на съежившегося шофера. — Давай рассказывай, чем ваша шайка занималась.
— Какая шайка? У нас все законно. У господина Иваницкого ресторан и два магазина, ювелирный и антикварный.
— Вот оно как. В люди выбился. Уважаемым человеком был. Да?
— Наверно. Ну, я так думаю, — растерянно промямлил шофер, не понимая, к чему клонит спрашивающий его человек. — У него с властями очень хорошие отношения… были.
— Насчет властей ты все правильно сказал. У него были просто замечательные отношения с чекистами. Сколько ты с ним?
— Около года. А что?
— Да ничего, — Власов поднял пистолет, а в следующую секунду раздался выстрел.
Когда мы отошли на приличное расстояние от брошенного автомобиля, я спросил: — Может, расскажешь, что происходит?
Вместо ответа на мой простой вопрос, возбужденный Власов неожиданно понес нечто непонятное: — Нет, есть бог на свете, есть! Или это провидение, Саша? Единственное, о чем я сейчас жалею, что не смог выпотрошить эту сволочь! Он слишком легко умер! Он бы ответил мне за….
— Хватит истерить! Что произошло в ресторане?
— Вы правы, Александр. Тут все просто. Николай Курмасов был моим заместителем в нашей группе, а стал предателем.
— Месть — это святое. Лучше скажи, зачем шофера шлепнул.
— Он из их банды, которую создал Курмасов, больше года назад. Ты как думаешь, откуда у него деньги на ресторан и магазины?
— Ясно. Ты отомстил, враг в могиле, живи дальше и радуйся.
— Знаешь, Саша, а он даже обрадовался, увидев меня! — все никак не мог успокоиться Власов. — Даже вспомнил, сволочь, старую русскую пословицу: сколько верёвочке ни виться, а конец будет.
— Он все правильно сказал. Вот только, судя по всему, он плотно с ГПУ работал, а это очень плохо. Нас теперь с удвоенной силой искать будут.
— Вполне возможно, — согласился со мной Владимир.
— Там не дураки сидят. Возьмут показания свидетелей, немного покумекают, а затем сведут два дела вместе, тем более что они получились очень громкими. Надо срочно уезжать. Давайте поедем на вокзал и возьмем билеты на ближайшие дни.
— Погодите, Саша. Нам сначала надо что-то решать с Фейсманом.
— А что с ним решать? Ясно, что он ничего не знал о Курмасове, иначе бы он вас не свел вместе. Это просто случайная нелепость.
— Я же доллары ему в прошлый раз заказал. Надо забрать.
— Черт! Я про них уже и забыл. Погоди! Владимир, вы же были у него, так чего не забрали?
— Он сказал, чтобы сейчас их у него нет, приходите после двух часов дня. Да и предупредить его надо о том, что произошло.
Я достал часы, щелкнул крышкой. Стрелки показывали половину второго.
— Можем ехать прямо сейчас.
Спустя полчаса мы подъехали к магазину Фейсмана. Отпустив извозчика, вошли. Антиквар в этот момент рассчитывался с клиентом, который, судя по всему, принес Моисею Львовичу интересную вещь, потому что, увидев нас, он только махнул рукой: ждите! Не успел клиент исчезнуть за дверью, как антиквар бросил на нас тревожный взгляд и сразу спросил: — Что-то случилось?
Я сразу отстранился от разговора, предоставив объясняться Владимиру.
