— Вру, — он издал глухой смешок, а я напряглась. — Серьезно, но безопасно. Вернее не так… Все это для твоей же безопасности — так правильно.
— Это как-то связано с Блэк-Лэйк? — растеряв остатки веселости, уточнила я.
— Возможно, — уклончиво ответил он.
— Не увиливай, — я нахмурилась.
— Не буду, если пообещаешь остаться здесь, — тоже перестав улыбаться, сказал Индэвор. — Мне сложно, Блэр. Ты хочешь узнать вещи, которые известны лишь избранным, и при этом продолжаешь думать о том, как свалишь из этой глуши, получив деньги за дом. Определись, девочка-ветер, что тебе больше нужно: я, Блэк-Лэйк и все наши с ним тайны, или свобода и финансовая независимость?
— Финансы потребуются сегодня, — вспомнив, что мне необходимо еще каким-то чудом попасть в Клейморн до начала вечеринки, заявила я. — И какой-нибудь транспорт тоже… Я в магазин хочу съездить. Можно это будет как-то организовать? Нет? — пробормотала, смутившись под укоризненным взглядом светло-серых глаз. Ну да, да… он мне тут о судьбоносном выборе, а я ему о хлебе насущном.
— Можно, чудо, — вздохнув, улыбнулся Индэвор и, притянув меня к себе так, что я почти легла на него, проказливо добавил, напомнив мне в этот момент своего братца: — Отвезу за поцелуй.
— А за два про обряд расскажешь? — шепнула ему в губы, не в силах сдержать улыбку.
— За три, — начал повышать ставки этот белобрысый делец.
— Эй! Так не честно, — возмутилась я, запуская пальцы в его распущенные волосы. — За три ты мне еще и про ворона расскажешь.
— Варлога?
— Да! Это он меня напугал на дороге и чуть не убил, ну, или спас. А ещ… — слова оборвал поцелуй… с привкусом сладкого кофе.
И мысли сразу стали путаться, а все то, что казалось важным, отступило на задний план. Потому что думать о белокрылых птицах и языческих обрядах просто нереально, когда так жарко обнимают, ласкают покорно приоткрытые губы, лицо, шею и чуть массируют пальцами чувствительный затылок. Полуприкрыв глаза, я отвечала на поцелуи, перебирая руками его рассыпавшиеся по простыне волосы, и едва ли не мурлыкала от удовольствия.
Дэв был нежен, но настойчив: выпускать меня из плена своих рук и губ явно не собирался. Да я, в общем-то, и не пыталась вырваться, наслаждаясь тем, что, наконец, получила желаемое. Дразнящие поцелуи, томительно сладкие… Легкие покусывания, заставлявшие тихо постанывать то ли протестуя, то ли, наоборот, поощряя действия мужчины. Его горячие ладони, скользящие по моей спине сверху вниз и обратно, собирая за собой тонкую ткань белой майки. И невесомые, как крылья бабочки, прикосновения к обнаженной коже, от которых по телу волнами расходится дрожь… Как же давно я этого хотела! День, два, три? А кажется, что целую вечность.
В объятиях Индэвора я забывала обо всем на свете, и мне это безумно нравилось.
А тем временем, затеянная нами игра стремительно теряла налет невинности: дыхание становилось рваным, сердцебиение учащалось, а тела, распаленные лаской, жаждали большего. Когда сосед стянул мою сбитую вверх майку и отбросил ее в сторону, я только тихо охнула, но даже не подумала возмущаться. Он же, усадив меня, словно послушную куклу, на свой живот, начал жадно рассматривать мое тело, прикрытое лишь полупрозрачным кружевом бюстгальтера. Если б в его взгляде не было откровенного восхищения, я бы, наверное, смутилась, а так… только улыбнулась, чувствуя себя желанной.
Руки Дэва легли мне на плечи и, осторожно поглаживая, заскользили дальше, увлекая за собой белые бретельки, потянувшие вниз и тонкую ткань чашечек. Порыв стыдливо прикрыться подавила на корню — в конце концов, я не невинная дева, да и близости с этим мужчиной хочу не меньше, чем он, так к чему же ломаться? А Индэвор, заворожено глядя на обрамленную кружевом грудь, продолжал поглаживать мои руки, уделяя чуть больше внимания чувствительным впадинам на локтях. Потом взял в плен мои подрагивающие от напряжения ладони и слегка помассировал большими пальцами тонкие шрамы, украшавшие их.
Закусив губу, я закрыла глаза и откинула назад голову, отдавшись во власть ощущений. Это походило на изощренную пытку, томительно нежную и возбуждающе сладкую. Индэвор словно специально медлил, сводя с ума своим красноречивым взглядом, упоительными ласками и осторожностью, от которой я лишь сильнее заводилась. Голова кружилась, перед глазами все плыло, а кожа горела под его руками, заставляя плавиться в огне жарких ласк.
В какой-то момент мои нервы не выдержали.
— Хочу тебя, — шепнула, склонившись к своему мучителю, и в следующую секунду оказалась лежащей на спине, а сверху, опираясь на локоть, навис сероглазый искуситель, прижавший меня к кровати нижней частью своего тела.
