Ответ на заставил себя ждать. Одно движение деда и руки и ноги Виви оказались прикованы к полу.
- А это еще зачем? - Спросила она.
- Ты вскоре сама поймёшь, - ответила вместо него Азоранда, попутно давая ей закусить какую-то белую тряпицу.
Вот теперь все стало страннее некуда. Темная комната, прикованная девушка, двое людей почтенного возраста и отвратительно чадящие травы, наполняющие комнату тяжелыми ароматами.
Дед начал без предупреждения. Он просто шептал слова, которые нельзя было расслышать, и по часовой стрелке провел рукой круг над грудной клеткой девушки, но стоило ему сделать тоже движение, только в обратном направлении, как девушка поняла зачем ей нужен был кляп.
Боль пронзила каждую клетку ее тела. Она отчетливо почувствовала сеть, о которой говорил дед, прямо под своей кожей. Сеть горела, и девушке казалось, что она горит вместе с ней.
Сразу после этого началось настоящие безумие, потому что она почувствовала как дед начал вытаскивать эту сеть наружу. И если до этого было больно, то в этот момент стало просто невыносимо. Девушка билась и кричала, но путы были крепкими, а кляп достаточно плотным. Пот градом катился с ее лба, перемешиваясь со слезами, чья-то рука заботливо стирала его с лица и шеи мокрой холодной тряпицей, но это не могло принести облегчения Вивианне.
Она мечтала только об одном - потерять сознание, или хотя бы умереть. Почему бы и нет? Ведь люди не должны испытывать такую боль при жизни.
В какой-то момент она поняла, что чем больше ниточек он вырывает из ее тела, тем больше растет ее ярость. Внутри неё метался зверь, страшный, яростный и жаждущий возмездия за долгие годы заточения. Его силы и чувства явно превосходили ее собственные.
Ей хотелось крикнуть деду, чтобы он перестал, чтобы он не выпускал его наружу, чтобы он не причинял ей боль, которую невозможно было терпеть, но она не могла.
Виви больше не помнила кто она и что происходит, где она и кто рядом. Она больше не помнила себя, но теперь ей не хотелось, чтобы все это закончилось. Теперь ей хотелось посмотреть на тех, кто посчитал, что может связать ее тесными путами на столько лет. Ей захотелось увидеть, как их жалкие тела обратятся в пыль от одного ее движения. Нужно только немного подождать, еще немного, пока он закончит срывать эти никчемные нити.
Наконец, она почувствовала как последняя нить покинула ее тело. Ни с чем нельзя было сравнить чувство свободы и силы, которое буквально затопило ее тело и разум. Будто всю жизнь она сидела в узком ящике, и только сейчас у нее появилась возможность встать в полный рост и размяться.
Насладившись этим сладким чувством, она легким движением сломала путы, связывающие ее, и выплюнула кляп. Вивианна встала, чтобы увидеть тех, кто уже был приговорен. Два человека, окутанные легким мерцанием, говорившем о том, что у них тоже есть дар, но слабее, гораздо слабее, чем её собственный. Уже занеся руку, чтобы привести в исполнение свой приговор, она еще раз взглянула на мужчину. Она не знала его, ведь он был лишь стариком, смевшим посягнуть на ее свободу!
Воспоминание застало ее врасплох: этот же человек, сидит за столом, на его коленях маленькая девочка, он рисует в детской книге чудесные картинки, орудуя кистью как настоящий художник, а девочка дует на свежие рисунки. Он гладит ее по голове, приговаривая, что без ее помощи у него никогда не получилось бы таких чудесных рисунков. Малышка улыбается и просит его научить рисовать ее такую же лошадку...
Воспоминание оборвалось так же неожиданно как и началась. Вивианна огляделась вокруг, будто видя комнату в первый раз, и уже по старой привычке упала в обморок.
Она была в темноте одна. Уже знакомая липкая тьма нависала над ней, и сколько бы не пыталась Виви ничего не могла разглядеть. Страх, животный страх, сковал её, мешая дышать. Она попыталась позвать деда, но в этой тьме не было звуков, даже свой собственный голос Виви не слышала. Ей вспомнились слова: "Держи мою руку, как держалась бы за жизнь"... Где же эта рука? Почему он бросил её в кромешной тьме?
Она вспомнила, что под ногами должна мерцать дорожка. Хватка страха немного ослабла. Ведь в прошлый раз дед ступал по какой-то дорожке, и они смогли выйти. Виви посмотрела вниз и снова ничего не увидела. Как же так? Ведь эта дорожка должна была мерцать у неё под ногами! Отчаявшись, что либо разглядеть, она опустилась на колени, пытаясь нащупать на полу хоть что-нибудь, но под руки ничего не попадалось. Она стояла на совершенно гладкой поверхности.
Ей было так сложно сосредоточится, казалось, что и в её голову проникла эта тьма, которая не позволяет думать. Девушка не представляла, что делать дальше, паника медленно, но уверенно подбиралась всё ближе и ближе. В момент, когда она уже готова была сдаться, в её голову пришло чёткое понимание, что если она не будет двигаться, то просто умрёт. Умрёт в какой-то бесконечной тьме. Вот уж нет! Только не здесь и не сейчас!