– Так, Молли, слушай внимательно. Сейчас будем отводить от тебя подозрения, – говорю ей я, беря под руку. Веду её по двору с рассерженным выражением на лице. – Не удивляйся, что у меня сердитое лицо, так надо.
Молли опять всхлипывает, размазывая по лицу слёзы. Идеально, всё, как я и планировала.
– Ты сейчас пойдёшь на кухню, слёзы не прячь. Передашь поварихе, чтобы она приготовила ужин из трёх блюд с разнообразными закусками, – служанка смотрит на меня, как на умалишённую. – Гвен, конечно, возмутится, и здесь ты расскажешь, что хозяйка из-за магии милорда совсем сбрендила. Стелится перед ним, хочет пустить дракону пыль в глаза. Понимаешь? Гвен должна подумать, что я всех гоняю по замку, лезу во все дела, потому что под магическим воздействием, и на меня никто не влияет, кроме милорда Райтора.
– А вы под магическим воздействием? – тупит Молли.
– Нет, конечно, но нужно же найти причину, почему я начала совать нос во всё, что раньше не интересовало, – говорю я. – А слух, что через меня обустройством замка занимается милорд, испугает их.
«И они попрячутся», – добавляю я про себя. Нет, план, конечно, хорош, но только чтобы прекратить воровство, а вот наказать воришек не получится.
– Вы уверены, хозяйка? – дрожа, как заяц, спрашивает Молли.
Не уверена я пока ни в чём. Может, и не надо наказания? Может, будет достаточно раскаяния? Людей и так мало, чтобы разбрасываться молодыми, сильными, а главное, умными. Не лучше ли предложить выбор: либо верой и правдой служат мне, либо понесут заслуженное наказание за воровство?
Священник ещё этот, как прыщ на заднице. С моей проснувшейся магией и драконом в гостях с ним нужно быть крайне осторожной.
– Леди Катриона, так что делать-то будем? – спрашивает Молли.
Я бы ещё знала, что делать.
Что ж, будем рисковать, а что ещё делать остаётся? Состояние Молли, близкое к истерике, нужно использовать, как бы цинично это ни звучало. План приходит в голову в одну секунду, как только я сказала, что не знаю, что делать.
Разбираться, что это – природная смекалка русской женщины или проявление местной магии, недосуг.
– Так, Молли, меняется только последняя часть плана. О милорде ни слова, говоришь только обо мне, – с уверенным видом даю наставления служанке, хотя сама такой уверенности не чувствую.
– Итак, ты сейчас пойдёшь на кухню, побольше слёз и добавь несчастного вид. Передашь Гвен мои распоряжения, что она должна приготовить ужин из трёх блюд и разнообразные закуски. Повариха должна возмутиться.
Молли с несчастным видом кивает, что поняла. Ей и вид делать не придётся, она действительно несчастна из-за того, что оказалась между молотом и наковальней.
– И
Молли только кивает, утирая кулаком слёзы. Думаю, она считает, что я её бросаю в пасть льву. С одной стороны, это хорошо, и она сможет сыграть свою роль, а с другой, нервы могут не выдержать, и она проговорится. Риск слишком велик. Кто не рискует, тот не живёт.
– Послушай, Молли, если ты будешь действовать так, как я сказала, то Гвен посчитает тебя своей союзницей и не догадается, что ты рассказала о её махинациях. Ты мне веришь?
Опять кивок. Как же вывести её на разговор? Лишь бы она там не ляпнула лишнего.
– Гвен должна подумать, что я всех гоняю по замку, лезу во все дела только потому, что хочу пустить пыль в глаза гостям. Ты поняла?
– Да, – тихо блеет Молли.
Господи, да что за овец ты разводишь в этом замке?
– Молли, я буду наблюдать за тобой на кухне, но ни ты, ни Гвен видеть меня не сможете, – блефую я. – Так, что успокойся и ступай себе на кухню.
Молли разворачивается и плетётся в замок. Я оглядываюсь в поисках Друида. Сейчас мне бы мой котик не помешал.
–
Неожиданно быстро кот оказывается возле меня.
–
–
–
–