Нет, у отца они непременно водились, всегда, ведь только он оказывал услуги лекаря на всю деревню, а какое-то время и на соседнюю тоже, но он их не тратил. Многие несли нам еду, зерно, вещи в оплату его услуг, вместо монет. А мать всегда старалась удержать нас с сестрой дома, никуда не выпускала и до определённого возраста не позволяла отцу брать с собой в город, где мы в первый раз и увидели ярмарку. Там-то я и узнал, что существуют деньги, на которые можно купить всё, что на ней продавалось, включая очень вкусные печенья. Нам с сестрой дали их попробовать совершенно бесплатно в самый первый раз. Они просто таяли во рту, мать никогда не пекла таких, как и наши соседи, и когда мы подбежали второй раз, оказалось – надо платить, и отец потратил на нас немного заработка. Тогда-то я и понял весь смысл этой жизни – если у тебя есть золотые круглые пластинки, то ты можешь получить всё, что захочешь, и рассказал отцу об этом. Именно тогда он в первый раз и выпорол меня, пытаясь доказать, что всё совершенно не так, и главное в этой жизни вовсе не кругляшки из металла, а то, что у тебя в голове. Ведь только используя свой ум правильно, применяя знания и красноречие – эти самые кругляшки можно заработать в неограниченных количествах и денег всегда будет много.
Правда, донести отец хотел другую мысль, но я был уже почти подростком и воспринимал его в штыки, особенно на фоне полученных розг. Сестра же восприняла всё иначе, и, вместо денег она стала стремиться к удовлетворению своих потребностей в получении впечатлений. Затем позднее и сбежала в поисках приключений, наслушавшись историй отца и начитавшись книг про море. Ей самой следовало бы отправиться спасать принцессу, на всю жизнь нахваталась бы впечатлений от беготни с мёртвым телом по незнакомому городу.
Неожиданно воцарившаяся на палубе тишина заставила меня обернуться и замереть. Дверь, которая вела в каюту капитана, была приоткрыта, и на её пороге, щурясь и прикрывая глаза ладонью, стояла девушка. Подобранная одежда совершенно не шла принцессе, но ничего другого у матросов не нашлось. Светло-бежевая рубашка с завязками на груди висела на ней, как мешок, а слишком широкие рукава развевались, словно паруса на ветру. Кожаные брюки тоже висели, но их поддерживал широкий ремень. Штанины заправлены в массивные сапоги, с туго затянутыми и обмотанными вокруг голенищ шнурками. При одном взгляде на неё ни в коем случае нельзя определить, что перед тобой наследница двух королей сразу.
Стоило Вентире убрать руку от лица, и мои брови приподнялись в удивлении, ведь на её коже не осталось ни единого синяка, как и сломанный нос принял свой прежний вид. Волосы девушки оказались коротко подстрижены, но пара прядей выделялась по длине, по сравнению с остальными. Хотел бы я посмотреть на лицо своей сестры, приди принцесса на её свадьбу в том виде, в котором она вышла из каюты. Заметив меня, девушка провела ладонью по волосам, словно пытаясь пригладить их, но короткие пряди всё равно приподнялись и встали дыбом. Отвернувшись, я краем глаза увидел, что матросы на палубе замерли в нерешительности и наблюдали за Вентирой. Во взгляде каждого, кто попался мне на глаза, присутствовало какое-то благоговение. Снова уставившись на поверхность воды, я переступил с ноги на ногу и склонился за борт.
– Меньше всего я ожидала, что спасать меня, бросишься ты, – заговорила первой Вентира, и её ладонь опустилась на парапет рядом с моим локтем. Покосившись на неё, я покачал головой.
– Считай, что меня заставили, – буркнул я.
– Почему-то я и не сомневалась, – усмехнулась девушка, застыв рядом и уставившись куда-то вдаль. Смотреть на неё напрямую не хотелось, да и голова продолжала раскалываться от похмелья. – Спасибо, что убил меня.
– Такое не каждый день услышишь, – отозвался я, вспоминая, как эта девушка буквально выпрыгнула на меня из кладовки с граблями наперевес.
Принцесса была единственной выжившей в небольшом поселении, по которому прошёлся отряд солдат армии противника в первые дни войны двухлетней давности. Я тогда искал сбежавшую сестру, и пришлось слегка изменить планы и сопроводить Вентиру в безопасное место. В общей сложности наше знакомство длилось не больше недели, а сестра и Риан намекали на мои зарождающиеся чувства к этой девушке. Я и сам начал в них верить, но услышанное на полу тронного зала что-то перевернуло и отбило всякое желание общаться с принцессой. Наверное, свою роль сыграла её добровольная связь с человеком, который командовал тем нападением, либо я просто чувствовал себя уязвлённым, что она предпочла его.
– Я и сама умерла всего второй раз в жизни, но уже начинаю воспринимать это как само собой разумеющееся, – пожала плечами Вентира, вытянув руку и расправив ладонь. Взгляд невольно упал на то место, где я отчётливо помнил сквозную рану от гвоздя, но сейчас там не осталось ни царапины. – Как ты там оказался? – задала она ключевой вопрос, ответ на который казался мне слишком очевидным. Сама девушка продолжала изучать собственные ладони, словно с трудом верила в их целостность.
