— Привет. Что там у ребят стряслось? — спросила я у брата подруги, они же с ее парнем втроем снимали квартиру.
— Ооооо… ты даже не представляешь, — загадочно протянул он, улыбаясь. — Тёма утром сделал завтрак и пошел с подносом в спальню: ублажать мелкую. Как я понял по воплям: он ее стал будить, а она, не открыв глаза, сразу села. Кароче: впечаталась лбом в нависший над ней поднос, Тёмыч не удержал его и тот перевернулся, обливая Карину замечательным свежесваренным горячим кофе… Ахахааа… Я такого отборного мата в ее исполнении никогда не слышал… Ахаааа…
— Во дураааак… Это не смешно, Кир! Хоть без ожогов обошлось? — покачала головой я.
— Ну, если бы были серьезные ожоги, то они бы не ругались, а в больницу уже летели, — пожал плечами Кирилл и принялся делать заказ для нас обоих.
— Снова будут последними сдавать, — вздохнула я, попивая любимое капучино. — Сидеть в почти пустой аудитории, а потом жаловаться: что списать было невозможно.
Мы неспешно шли к пешеходному переходу и наслаждались уже теплым майским солнышком.
— Главное: чтобы все сдали, — подметил Кирилл. — Осталось три дня — уже на носу последний экзамен… последний… экзамен… последний…
Воспоминание словно прервалось и вот я уже в новом. «Последний экзамен» — мелькнули еще раз в голове слова друга, а я наблюдаю: как вся наша дружная четверка загружается в вертолет… День нашего последнего экзамена в семестре, день моего рождения, день моей смерти…
Наяву я ощутила: как заледенели мои пальцы, в горле встал ком, а дыхание замерло… Вот Кира ухватил меня за талию и подсадил, а следом залез и сам в эту адскую машину. Первой моей мыслью было прервать ритуал, но тут же прилетела следующая: быть может, пережив это еще раз, я увижу хоть малейшие намеки или подсказки на тему: выжили ли ребята? И я решилась снова пережить этот кошмар…
Вертолет оторвался от земли, стал набирать высоту, а я уставилась на представший передо мной потрясающий и неописуемый вид на Москву. И снова мои восхищенные вопли, поздравления ребят, все шло по плану, но лишь до момента снижения… Нас тряхнуло и все мы, не сговариваясь, вцепились в поручни. Вертолет закрутило, а я видела лишь испуганные и напряженные лица друзей… И вот, боковым зрением я вижу воду — и это меня отвлекло от ребят… Я поворачиваюсь: водная гладь все ближе, а потом… Я даже боли не ощутила: как будто умерла лишь в сотую доли секунды — просто темнота…
— Лилия… Лилия… — доносилось все ближе и ближе.
А уже в следующее мгновение я как будто очнулась. Я почувствовала: что нахожусь в сильных и крепких мужских объятиях, кричу, вырываюсь и брыкаюсь, все лицо мокрое от слез, волосы прилипли к щекам, но я упорно пытаюсь вырваться… Я замерла, осознавая: что жива… ну, по крайней мере: в этом мире. И запах от мужчины незнакомый, не мускат с цитрусом, а что-то свежее: будто молодая трава под морозностью снежного сугроба. Осторожно подняв голову, встретилась со сосредоточенным и озабоченным взглядом голубых глаз — Джеймс. Я сидела на ногах мужчины, а его ладони осторожно оглаживали мою спину и предплечье, теснее прижимая к себе.
— Я… я в норме… наверное… — прохрипела я, убирая пальцами растрепанные волосы с лица и вытирая влагу со щек.
— После такого сложно быть в норме… Я видел: как ты умерла…
— Лили, ты в своем мире умерла? — услышала я голос сверху.
— Не знаю, — выпуталась я из объятий чужого мужчины и поднялась на ноги.
Я уже морально готовилась к сцене ревности, развернувшись к мужу лицом, но…
— Как можно не знать: умер ты или нет? — с абсолютно безэмоциональным лицом продолжал говорить Дилан — чем нешуточно меня озадачил.
— Вот когда умрешь: тогда и просвети всех нас. Лично мне неизвестно: что произошло. Долго объяснять, даже если я и умерла: то это тоже непередаваемо, поверь на слово. Ну, или спроси у Джеймса…
Я нахмурилась и прошла к столу, возвращаясь к любопытствующим мордашкам глав кланов. Если честно: у меня из головы вылетели все заботы, и я была погружена в себя. Меня даже повторный кошмар собственной смерти не настолько выбил из колеи, сколько поведение собственного мужа. Когда на пожаре один из оборотней меня схватил, то Дилан рыкнул и ревностно отнял меня из чужих объятий, а сейчас… Почему он сам не утешал меня — он ведь должен был ощутить мой ужас через связь…
— Лично я убедился в правдивости слов Лилии, — приблизился к столу Джеймс. — Но на сегодня с миель довольно. За окном уже предрассветные сумерки, так что предлагаю продолжить позже, к примеру: всем встретиться здесь за обедом, — не дожидаясь ответов, он развернулся и пошел к выходу из зала.
— Да, мне и вправду не по себе от воспоминаний. Извините, — потупила взгляд я.
— Тебе не за что извиняться, — сочувственно улыбнулась Мириана. — Вспомнить о своей смерти — я даже не решусь представить себе такой ужас…
— Мы действительно полночи просидели здесь, всем пора отдохнуть. Продолжим за обедом, всем хорошего отдыха, — встал из-за стола Брион, а за ним и остальные принялись покидать зал.
— Пойдем? — предложил мне руку Дилан, и я подхватила его под локоть.
