— Ты все это пробовала? — я аж подавилась и закашлялась.
— С ума сошел? — развернулась я к мужчине, изумленно вытаращившись на него. — Если только десятую часть из всего, — пришлось прокомментировать мне, так как на его лице и намека на смех не было.
— Но это все правда? Люди все это делали? — я кивнула. — У тебя действительно очень раскрепощенный мир.
Я вернула флягу на место и улеглась на бок, подложив руку под голову.
— Да, и я думаю: что это чересчур. Я не имею ничего против всех этих постельных игрищ, пусть каждый развлекается за дверьми своего дома: как ему вздумается, его право. Вот только слишком много такого выносится на публику и из-за этого страдает моральный облик человечества. Как ты понял: моя местная одежда не такая уж и вульгарная, как тебе могло показаться на первый взгляд, — мужчина кивнул, при этом не сводя с меня пристального взгляда. — Тебе не надо охладиться: искупнуться, к примеру?
— Лил, я, конечно, не видел ранее такого зрелища, но я же взрослый мужчина, а не сопливый юнец… — немного смутился он, укладываясь рядом.
— А укрываться чем? — спросила я и услышала шевеление и топот корранов.
Я приподнялась и наблюдала: как они легли своими тушами по бокам от нас и Трасс накрыл нас с Джеймсом чуть ли не десятиметровым крылом. Мы оказались как будто в огромной палатке.
— Здорово, — улыбнулась я и вернулась на одеяло.
— Лил, а тебе нравится в нашем мире?
— Ну, я видела не много, поэтому моя оценка будет необъективной, — стало темно, поэтому я едва видела очертания лица миал и уже не могла читать его выражения и считывать эмоции. — Спроси меня об этом через месяц — если я все еще буду тут.
— А ты куда то собираешься?
— Зависит от Саргаса. Смотря: что ему от меня нужно и смогу ли я этим выторговать себе дорогу домой.
— Мы поэтому туда летим? Потому что ты хочешь переместиться назад домой? — он резко сел, а его голос был далек от спокойного.
— Я же сказала: зависит от Саргаса…
Джеймс вскочил на ноги, рукой стукнул по крылу и Трасс выпустил его наружу. Мужчина ушел, а я растерялась. Странная у него реакция: а он бы не хотел домой на моем месте? Разве мое желание так дико? Да и вообще: какое ему дело до моих планов и желаний? Или он так волнуется за магический баланс Аэритоса? Так я еще даже не узнала: возможно ли мое возвращение и захочу ли я обратно на Землю?! Я как-то не думала об этом еще, ведь чтобы сравнить два мира, мне здесь пожить надо побольше: чем месяц беспробудного сна… Не знаю: сколько времени я рассуждала и крутилась, пока не провалилась в беспокойные сны.
Следующие четыре дня практически ничем не отличались от этого. Я что-то рассказывала Джеймсу о Земле, а он мне — об Аэритосе. Вечером мы вновь опускались на ночевку на берег какого-то небольшого водоема. После ужина я даже делала попытки полетов на Заразе со страховкой в виде водной глади. На мое удивление: хоть мы летели криво и наперекосяк, а иногда даже боком: это я училась поворачивать с помощью шипов — драконыш ни разу меня не уронил с себя. Вот только потом мне приходилось его прилично кормить — из-за чего злился Джеймс. Но мужчину я успокоила быстро, объяснив: что намного сильнее местных миал и миель. Это откровение поспособствовало еще и моей магической учебе: я научилась создавать пламя, переносить небольшие предметы в руку с расстояния в несколько метров, буквально ходить по воде… Видел бы меня апостол Андрей…
Утром пятого дня я проснулась в одиночестве — и это напугало меня. Я уже привыкла к постоянному обществу Джеймса, поэтому в панике я бросилась тарабанить по перепончатому крылу. Трасс выпустил меня на улицу и…
«Вот зараза!» — и это я не о своем ящере, а о мужчине. Он купался в озере!
— А я?! — не поняла я такой дискриминации по половому признаку, сбрасывая с себя кожаные брюки и мчась к берегу в одном нижнем белье.
С визгами и брызгами я влетела в воду. Джеймс обернулся, и я увидела удивление на его лице. Не дав мужчине опомниться, я запрыгнула к нему на спину, обхватывая всеми конечностями мощные и стальные мускулы — только сейчас до меня дошел один факт: одежда делала его мягче. Я как будто в скалу врезалась! Было не очень приятно, но залипнув на капельки воды, стекающие по бицепсам, я немного умерила свою критику…
— Лилия, ты решила искупаться? — повернул он свою смазливую мордашку, а я немного передвинулась ближе к его плечу.
— Почему бы и нет? Здесь же не холодно, как еще сутки назад, когда мы были у реки.
— Девушки не купаются в природных водах, только в чистой воде.
— Да что ты говоришь?! — поддельно изумилась я. — А какают случайно не цветочками?
— Не понял, — хмыкнул он.
— Хммм… — задумалась на секунду я. — Самец и самка корранов тоже купаются раздельно?
— Нет.
