Лишь две метлы уродились вредными до жути и отказывались убираться. Одна напала на Эми, надавала ей по мягкому месту и разворошила причёску. Её я заперла в чулан, чтобы одумалась (метлу, а не Эми), и пригрозила, что развею, а вторая решила, что она создана украшать собой мир, а не убираться. Постоянно удирала от меня, нацепив себе на рукоять невесть откуда взявшийся бантик. Розовый.
И сейчас я стояла в коридоре, сдувая со лба выбившуюся прядь, и ругалась с обленившейся метлой. Со стороны я, наверное, смотрелась… интересно. Девушка разговаривает с инвентарём. На Земле бы меня тут же в ближайшую дурку поместили, а тут ничего, Вильям даже кивал и поддакивал. Но на засранку наши нравоучения не произвели никакого впечатления.
Она снова рванула от нас и свернула за угол, собираясь удрать.
— Эй, а ну, иди сюда, негодница, — воскликнула я, но метёлка лишь помахала мне веточками и спряталась за пыльной шторой.
Ах, ты так, значит…
— Леди, я её поймаю, — сказал Вильям, намереваясь побежать за ней следом. Я посмотрела на мужчину далеко не молодого возраста, прикинула, чем всё это может закончиться, и решительно его остановила.
— Не стоит, Вильям, я сама. А вы лучше проследите, чтобы два этажа были приведены в порядок до вечера.
— Будет сделано, миледи.
Вильям пошёл дальше раздавать указания, а я подхватила юбки и побежала за проказницей, которая выглянула из-за шторы и полетела дальше. Можно было бы оставить её на произвол судьбы, но… не стоит. Это ведь не бытовая магия, а другая, особая. Есть заклинание, способное заставить предметы делать то, что хочет маг: ножи будут летать по кухне и шинковать всё подряд, ложки мешать суп, мётлы мести, а тряпки — мыть. Но у этого заклинания есть недостаток — за всеми предметами нужно следить и контролировать. Мысленно и магически. Их нельзя отпускать, ведь тогда магия просто развеется.
Здесь же было иначе, я вдыхала своего рода жизнь в неодушевлённые предметы, и они были сами по себе, со своими желаниями, вкусами и мыслями, если можно так сказать. Мой Жорик, например, очень добрый, любящий и позитивный. Он и мухи не обидит и обожает ягодный отвар. А эта метёлка получилась вредной и жуткой кокеткой. И если её оставить, то она спокойно может разнести тут пару комнат, вылететь на улицу и долететь до города, а этого никак нельзя было допустить. Одно дело использовать мою магию в доме, и совсем другое, когда о ней узнают в городе.
Так что я побежала за врединой. Она как раз скрылась за поворотом.
Свернула за угол и на всех парах влетела во что-то твёрдое. Так сильно, что стукнулась носом, завалилась назад и плюхнулась на попу. Мамочки, что это?
Открыла глаза и посмотрела на… лорда. Де Вальта. Того самого хама. Он держал в руках мою метлу, которая подозрительно притихла, и неотрывно смотрел на меня. Я же недоумевала. Блин, врезаться в мужчину — это же клише! Шаблон, который можно встретить в любой книге! Мне даже Машка постоянно говорила, что часто встречала такие описания в современных романах и они ей порядком надоели. Да я и сама была такого же мнения. Как можно не заметить человека, налететь на него?! А вот, оказывается, можно. На себе убедилась.
— Что здесь происходит? — спросил мужчина, сверкая глазами.
Хм, ну и чем это он недоволен-то?
Пока мужчина продолжал хмуро взирать на меня сверху вниз и посматривать на бедную метёлку, я потёрла ушибленный нос и попыталась встать, Правда запуталась в юбках и грохнулась обратно.
— Хоть бы подняться помог. Джентльмен называется, — пробурчала себе под нос. То из дома выгоняют, но на пол бросают. Беспредел!
Только подумала, и в этот же момент лорд зажал метлу в подмышке, взял меня за талию и подхватил, словно куклу, а затем быстро поставил на ноги. Сразу бы так. Правда, одну руку с моей талии он так и не убрал.
Хотела поблагодарить (всё же какая-никакая, а помощь), но его сосредоточенно-хмурый взгляд заставил замолкнуть, даже не раскрыв рот. А хватка мужчины только усиливается. Хочу высвободиться, но меня не пускают.
— Повторяю вопрос, что здесь происходит?
Блин, да что не так-то? Его моя метёлка так вывела из себя или я на запретную территорию ступила? Смотрю на проказницу, готовая развеять ее в любую минуту, но она замерла, словно и неживая вовсе, лишь прутики мелко трясутся от страха. Бедная, перепугалась. И злость на неё мигом проходит.
— А что, собственно, вас интересует? — спрашиваю, переведя взгляд на мужчину. — Ничего особенного, просто я привожу в порядок свою часть замка. Не знаю как вы, а я не собираюсь жить в пыли и грязи.
Снова хочу вырваться, но куда уж там, лорд держит крепко, но не больно. И на том спасибо. Правда, я не понимаю, зачем он вообще меня удерживает. Я вроде как убегать не собираюсь, о чём ему и говорю. Мужчина хмуро смотрит на свою руку, обхватывающую мою талию, прокашливается и убирает её. Как мне показалось, нехотя. Но метёлку выпускать не торопится.
— Что это? — спрашивает и показывает мне её.
