— Все сделали все хорошо. Они ни о чем не вспомнят, это лучший выход. Ярик бы не смог через это перешагнуть с его характером, — вздохнула она. — И вы никому ни слова! Ни сестрам, ни братьям, никому.
— Хорошо!
Мы обе кивнули, понимая, что это лучший выход.
— Только у меня папа спрашивает, куда мне столько силы понадобилось. Я ж купол ставила. Я отбрехалась, что вы нам тренировку внеплановую устроили.
— Ну и молодец, похвалила мама с улыбкой. — Пойдем к портнихе, мерки для платья к сватовству снимать.
После снятия всех мерок отправились в аквапарк, захватив с собой Якова и племянников. Поужинали наверху в ресторане одного из отелей, зал был украшен уже к Новому году, и висела вывеска, что завтра закрывается на спецобслуживание. И я вспомнила, что завтра у папы день рождения! Как-то совсем из головы вылетело!
И вдруг, подняв голову наверх, я увидела их с мамой на втором этаже, они сидели за столом при свечах. На ней было вечернее черное платье, в ушах и на шее сверкали бриллианты. Надевала она их очень редко, только по особым случаям.
— У них что, какая-то дата сегодня? — спросила я Витю.
— Влюбленным не нужна дата, чтобы устроить романтик, — изрек с важным видом малой.
Он был прав. А мое сердце защемило от досады: у меня вот так с моим чудовищем не будет никогда.
— Может, уйдем отсюда, чтобы не смущать их? — предложила Мила.
— Просто не будем обращать ни на них, ни на себя внимания, — улыбнулся брат.
Я невольно засмотрелась на маму. Хорошо быть дочерью богов, разве дашь этой девчонке 53 года? Разве удается понять, что ее старшей дочери 35 лет уже? Я тоже проживу очень и очень долго, но меня сия перспектива отчего-то не радовала.
— Змей тебе по карме не пара? — в лоб спросил Яков.
— Увы, — вздохнула я.
— Ну ничего, не переживай, в следующей жизни обязательно повезет, — утешил меня брат.
— Умеешь утешить! — усмехнулся Витя. — А вообще он же такой брутальный, взрослый, с бородкой. Девчонки вроде тебя кипятком должны писать от восторга.
— Вить! — строго оборвала парня Мила.
— Туда нельзя! Вы слышите? Я сейчас охрану позову!
Я обернулась на крик распорядителя зала.
К нам уверенной походкой шел Богумир, совершенно не обращая внимания на окрики крепкого мужчины в элегантном костюме. Мы с Милой непонимающе переглянулись.
— Доброго вечера, люди добрые! — слегка поклонился препод.
Я сделала знак распорядителю, он кивнул и удалился.
— Добрый вечер, Богумир Александрович, что Вас привело к нам? — улыбнулась я.
Судя по туманной ауре, мужчина был пьян.
— Мне нужно поговорить с твоим отцом, Люба. Мне очень нужно задать ему всего 2 вопроса. Пожалуйста.
В глазах мужчины была чуть ли не мольба.
— Почему бы Вам не задать их своему отцу или своей матери? — осведомилась я.
— Они молчат! А он скажет, я заставлю!
Богумир почти рычал.
— Заставите? — насторожилась я.
Мужчина понял, что ляпнул лишнего, и его глаза забегали, губы задрожали.
— Я всего лишь хочу знать, где моя дочь, не более.
Глаза мужчины нездорово горели.
— Ваша дочь умерла, Вы прекрасно это знаете, — немного грубо ответила я.
— Нет, не умерла.
Богумир повысил голос.
— Души бессмертны, вы это знаете. Я знаю, что сейчас в теле твоего отца живет Ант, первородный сын Велеса. Моя дочь была его парой, он должен знать, где она.
— Она на своем месте при своем императоре. Правит подводным градом, у них 7 детей в этой жизни и 6 внуков пока что, — выдал Яков с серьезным видом. — У нее все хорошо, Вы можете быть спокойны. Мы все, здесь присутствующие, Ваши кармические внуки и правнуки.
Богумир был шокирован и вдруг поднял голову и встретился глазами с мамой. Она была шокирована не менее его, но улыбнулась, и они с отцом встали. Я поняла, что сейчас спустятся к нам. Ой, что-то будет. Слишком уж Богумир возбужден! К тому же изрядно пьян. Я потянулась к его ауре, надеясь приглушить раздражение. Не получилось, на преподе стояла мощная защита от всякого рода воздействий, даже самых незначительных.
— То есть Прия — это Дора сейчас? Твоя мать?
Богумир с такой злобой посмотрел на меня, что меня аж вжало в спинку стула.
Мама с папой спускались по широкой лестнице такие статные! Такие красивые! На маме длинное черное платье в пол с разрезом справа чуть ли не от бедра, на папе темно-синий костюм с галстуком. Император и его императрица. Они спускались степенно, неспешно, держась за руки. Богумир решительно пошел к ним.
— Столько лет! Столько лет ты была рядом и молчала! Молчала, зная, как я страдаю! Молчала, зная, что я отца с матерью проклял из-за тебя! — почти кричал Богумир, всхлипывая. — Я же ничего не хотел, только увидеть! Только узнать, что все у тебя хорошо! У меня же нет никого, кроме тебя! Я же влюбился в тебя, дура!
— Прости, пап, прости!
Мама подошла к Богумиру, обняла его, из ее глаз бежали слезы. Они постояли так пару секунд, затем Богумир грубо отстранил от себя мать, схватил ее за плечи и закричал:
— Нет! Ты не моя девочка! Ты не моя Приюшка! Куда ты дел мою дочь, чудовище! — закричал Богумир, оттолкнув маму и уставившись на отца.
В руках Богумира появился сгусток энергии, он кинул им в отца. Тот пригнулся.
