— Успокойся, Богумир. Иди проспись, позже поговорим, — миролюбиво предложил отец.
Но Богумир лишь хлопнул в ладоши, и отец схватился за сердце и упал на колени, как подкошенный.
— Папа, прекрати! Это я! Прия!
Мать бросилась к обезумевшему преподу, но один лишь взмах руки — и она, как кукла, отлетела в сторону, ударившись головой о перила лестницы.
— Не трогай маму! — взвыл Яков и бросился на Богумира.
Пространство зазвенело, Мила окутала Богумира куполом, блокирующим ментальную силу. Но обезумевший мужчина, как котенка, откинул брата, схватив его за горло, поднял над собой и отшвырнул. Мальчик сильно ударился головой о ступеньку лестницы и замер в неестественной позе. И тут озверела уже я, с размаху кинула в препода молнию, он вскрикнул, вздрогнул, упал. Но даже глаза не закрыл, и вправду бессмертный, сука.
— Держи его! — рявкнула я Миле и, бросаясь к Якову, посмотрела на мир внутренним зрением и увидела душу брата, парящую под потолком и с интересом смотрящую вниз.
Быстро представила в руках ошейник и мысленно накинула на шею брата. И крепко зажала поводок в правой руке, которую очень зажгло в запястье, активировалась сила рода Люцифера, я крепко зажала поводок в руке.
— Не смей уходить, слышишь, не смей! — крикнула я.
— Я не хожу, я лечу! Так здорово! — засмеялся мальчик и рванулся в сторону.
Поводок в моих руках дернулся.
— Ну отпусти, я недалеко буду!
— Ты умер, болван! — огрызнулась я.
Я видела, как к брату подбежал Витя, пощупал пульс на шее и закричал:
— Нет! Нет! Маленький мой, нет! Возвращайся!
— Залечи его раны, я держу его душу! — закричала я.
Мила подбежала к мальчику, подняла над ним руки, диагностируя.
— Здесь нужна операция, ребро проткнуло сердце, — заявила она.
Мама с папой пришли в себя и бросились к сыну.
— Яков, сыночек! — закричала мама в ужасе.
— Перенесите нас в подводный град, ему нужна срочная операция. Душу я держу, — сказала я отцу.
Мила отбежала к Богумиру, все так же лежащему на полу.
— Я останусь с ним, я позову отца, — крикнула она.
Отец аккуратно взял брата на руки, и мы все переместились в больницу в подводном граде.
— Скорее сюда, — закричала мама, — скорее!!!
Набежали врачи.
— Ему нужна срочная операция, ребро пронзило сердце, — объяснила я.
— Но это мгновенная смерть, мне жаль, — с сочувствием покачал головой молодой еще с виду доктор.
— Я держу его душу! Я смогу вернуть, быстрее только, ну!
Выглядела я, наверное, мягко говоря, свирепо. Врачи забегали, как муравьи.
— Постарайтесь уложиться в 10 минут, — приказала я, когда брата увозили в операционную.
— Как же так! Как же так!
Мама села и расплакалась, прижавшись к отцу.
— Не плачь, мамочка, я же здесь! Я же рядом.
Душа брата очень удивилась, когда обнять маму не получилось, он прошел через нее и вошел в стену. Я потянула за поводок, возвращая брата обратно.
И тут начал открываться переход. Откуда-то сверху пошел белый чистый свет, и поводок начало вырывать из рук с неистовой силой.
— Нет! Не отдам! — зарычала я.
— Я наследница нави! Я, мира загробного дочь, приказываю тебе, душа, мне подчиняться.
Не помогло, душа рвалась, портал расширился.
— Попроси моим именем, дочь моя, — зазвучал в голове насмешливый голос дьявола. — Скажи: я наследница нави, я дочь отца своего Люцифера, именем его приказываю, и я дам тебе столько сил, сколько нужно.
Сил не оставалось. Поводок в моих руках истончался на глазах, того гляди порвется, и я произнесла, что требовалось, громко, отчаянно и вслух. Мгновенно почувствовала прилив сил, поводок стал толстым и прочным, переход закрылся.
— Ну вот видишь, как все просто! — голос в моей голове явно улыбался. — Всего-то и делов, что папу искренне попросить о помощи.
— То, что ты делаешь, это насилие! — зазвучал в голове холодный женский голос.
И перед моим ментальным взором предстала сама Марена, богиня смерти, мама Аркадия по совместительству. Женщина была стройная, даже худая. У нее была очень белая кожа, длинные черные волосы и светло-голубые холодные глаза.
— Пришел его час, он должен уйти.
— Не отдам, — прошипела я, сжав зубы. — Если нужно, вместо него уйду, но не отдам.
— Откуп должен быть равноценен, — покачала головой богиня смерти. — Ты вернешь сына родителям, но своего сына лишишься в этом же возрасте. Согласна так?
— Нет! Люба, не надо! — разрыдалась мать, наблюдая за нашей беседой. — Отпусти его. Отпусти! Ты не понимаешь!
Но я прекрасно понимала, мамина боль уже разрывала мне сердце. Яков вырастет достойным мужчиной, императором одной из планет в чертогах Велеса, он найдет свою кармическую пару. Нарожает с ней кучу ребятишек, продолжит наш род. А наг мне не пара, с ним я счастлива все равно не буду. И потом, мало ли детей ежедневно умирает по тем или иным причинам. Да и когда это еще будет? А Яков умирает здесь и сейчас, и его можно спасти!
— Согласна! — кивнула я.
— Отлично! Твой брат проживет очень долгую и счастливую жизнь. Такую, какую бы прожил твой сын.
Еще и издевается, стерва!
