Итак, для начала нужно выбрать цель. Исключение из академии кажется самым логичным. Следовательно, нужно хорошенько эту Позойтар подставить. После сегодняшнего она, скорее всего, будет осторожнее и постарается не оставлять следов. А для того чтобы она ошиблась, нужно её хорошенько раскачать эмоционально. Чем сильнее она нервничает, тем лучше для меня. С чего начнём? Пожалуй, с комнаты.
Я вскочила на ноги и вышла в прихожую.
Горрия высунулась из-за своей двери, и я ей улыбнулась.
— Подожди, пожалуйста, у себя, ладно? Я сейчас одно дело сделаю и приду к тебе.
— Конечно.
Дверь захлопнулась, стало тихо. Я заперла наш блок изнутри и глубоко вдохнула, обретая равновесие на пороге спальни дряни в кубе. Мои задачи — открыть её дверь, не касаясь, и наложить проклятие, не входя. И второе гораздо проще первого. Позойтар свою дверь даже арканом не защитила — только закрыла на ключ. Глупо. Я расправила плечи, расслабилась и принялась плести очень сложные многослойные чары. К моменту, когда закончила, и её дверь с тихим щелчком отворилась, пот с моей блузы можно было выжимать. Я сплела однослойный аркан ветра, направила его в сторону двери, и та широко распахнулась.
Передохнуть бы, но надо торопиться, пока дрянь не вернулась.
Теперь проклятие, а они отличаются от обычных арканов тем, что в плетение мы вкладываем ещё и слова. Древние и могучие слова языка, на котором в повседневной жизни уже никто не говорит.
Шесть слов — шесть слоёв.
— Хорел!
Я сплела первый уровень, мягко напитывая его силой.
— Дена!
Второй слой нарисовался также ровно, завиток к завитку.
— Устелду!
Третий уже посложнее, но плетение всё ещё сияло ровно.
— Хаутс!
Закольцовывающие петли четвёртого слоя легли чуть неровно, я даже испугалась, что придётся переделывать, но нет. Получилось. С трудом. Меня уже потряхивало от напряжения, начало ломить виски, а чары всё тянули и тянули из меня силы.
— Бихурту!
Выводя пятый слой, я отчётливо поняла — сил на вторую попытку не хватит. Руки дрожали, голова раскалывалась, зрение стало тоннельным — я видела лишь одно плетение перед собой, и ничего кроме него. Вся моя жизнь сосредоточилась в светящихся ажурных чарах, жадно выпивающих меня до дна.
— Дадин!
Последнее слово я вытолкнула из себя через силу. Мы с бабушкой плели этот аркан лишь пару раз, и он никогда не давался мне настолько тяжело. От напряжения зазвенело в ушах, в голове словно взорвалась шаровая молния. Последний слой задрожал в руках, норовя погаснуть, но в итоге неимоверным усилием я удержала проклятие Ветхости и толкнула его внутрь, наблюдая, как оно плавно и бесшумно оседает на вещах Позойтар. Особенно досталось шкафу, стоящему ближе всего ко входу.
В глазах помутилось, закружилась голова.
Финальным усилием я сплела аркан ветра и потянула на себя. Поток воздуха из проклятой спальни рванул мне в лицо и захлопнул за собой дверь. «Хорел дена устелду хаутс бихурту дадин», — чтобы всё истлело и обратилось прахом, если переводить дословно. Очень простое и очень действенное проклятие, избавиться от которого сложнее, чем смириться с потерей вещей. Самое главное, что действовать оно начинает постепенно. Сначала на платье потускнеет цвет, появятся легкие потертости на локтях и по швам, начнут истончаться нитки и возникать маленькие дырочки, которые невозможно зашить, потому что ветшающая ткань расползается под иглой. А спустя месяц оно даже на половые тряпки не сгодится — рассыпется на трухлявые нитки. Надеюсь, Позойтар оценит мой сюрприз. А если она одумается и принесёт искренние извинения, я смогу снять проклятие. Только я, больше никто. Но шантажировать её не стану, зачем? Сначала посмотрю на поведение.
Голова закружилась ещё сильнее. Я покачнулась. Ноги сделались ватными, в ушах стоял звон, во рту стало кисло. Я шагнула к соседней двери и открыла комнату Горрии. Сделала шаг внутрь и рухнула прямо на пол.
Боль зазвенела в голове, и я отключилась.
Блок 124:
1. Трайдора Ерроска (без титула)
2. Ветана Инор (без титула)
3. Горрия Алайя (без титула)
4. Абератта Позойтар (гваркиза)
— Вета, Вета! — звал голос.
Сознание возвращалось постепенно, словно я выплывала из тумана. Трещала голова, в ушах звучал отвратительный писк.
— Вета! Ну очнись же! — в голосе послышалось отчаяние.
И только теперь я с трудом вспомнила, кому он принадлежал. Горрия.
— Давай целителей вызовем? — предложил второй голос.
Трайдору я узнала сразу.
— Не надо, — простонала я, хватаясь за лоб.
Шишку набила… и расквасила себе нос. С чего бы мне в обморок-то падать? Неужели настолько сильно перерасходовала силы?
