После уроков и ужина – во время которых я все время смотрела куда угодно, только не на место Алии – в развалинах моего отвлеченного разума начинает формироваться план. Возможно, это единственный способ добыть для ведьмы цветы, получить противоядие и доставить его. Это будет нелегко, но разве у меня есть выбор? Я не могу просто позволить Алии остаться там и умереть – даже если она не желает возвращаться со мной. Жить с разбитым сердцем лучше, чем раствориться в морской пене. Должно быть так.
Я рано иду спать, притворившись больной. Сестры же не верят мне. Когда замок становится темным и тихим, Эйдис заклинанием вызывает свет. Я уже не сплю, прокручивая в голове свой план и уставившись в потолок наших покоев. Другие мои сестры – Ола и Сигни – садятся на мою кровать, находя себе место среди одеял.
Темно-синие, почти черные глаза Эйдис – цвета самой глубокой части океана в самый облачный день – встречаются с моими. Обычно сестра покрыта пылью от алмазов от линии волос до подбородка. Ночью же ее лицо чистое. Эйдис выглядит серьезнее, чем когда-либо в жизни.
– Она отправилась на поверхность, не так ли? Ради Ольденбурга.
Я сажусь прямо. Это уже достаточное подтверждение. Всхлипы, засевшие глубоко в моем горле сегодня утром, снова поднимаются – мощные и уродливые.
Сигни ближе всего по возрасту ко мне и Алии. Она уже все поняла и скрестила руки на груди. Кончики ее выкрашенных чернилами волос касаются мурашек на руках.
– И это сделала морская ведьма, не так ли?
Я киваю. Глаза Олы расширяются. Она задает и свой вопрос. Может, я и двойняшка Алии, но Ола больше всего на нее похожа – светловолосая и воздушная. Такая, какой и представляют русалок большинство людей.
– Мы что-то можем предпринять? – Она хватает обеими руками мою и сжимает. – Скажи мне, что нам сделать. Должно же быть хоть что-то.
Я подавляю всхлип. Мне не хотелось вовлекать в это сестер. Ведь чем больше нас окажется вовлечено, тем скорее отец узнает об этом.
Но теперь я не могу оттолкнуть их.
– Существует противоядие. Только вот отец навестил ведьму и ослабил ее так, что она не может приготовить зелье. Мне нужно сначала ей кое-что принести. – То, как сестры смотрят на меня, говорит об одном: они знают, что нужно ведьме.
– Но отец…
– Как? Они охраняются…
– Он так разозлится…
– Знаю! – Всхлип все-таки вырывается из горла. Голос становится слишком громким. Я закрываю глаза, чтобы успокоиться. – Знаю, – снова произношу я, в этот раз тише и сдержаннее. – Но мы все понимаем, каков его гнев, – нам всем несложно представить, что он сделал с ведьмой. Ей требуется цветок, чтобы стать достаточно могущественной и помочь Алии.
– Нет, нет, нет, – настойчиво повторяет Ола. – Следует рассказать отцу. Если мы станем делать это за его спиной, будет только хуже. – Она встает с кровати и направляется к двери, ведущей из наших покоев в семейное крыло.
– Нет! – резко произношу я, вскакивая с кровати и преграждая ей путь. – Мы не можем ему рассказать. Отец уже напал на ведьму. Если он узнает, что она готова помочь нам, а не ему, это не обрадует его.
– Ты шутишь? – хмурится Ола, скрещивая руки на груди и вскинув бровь. Она говорит все еще слишком громко. – Он нас наградит.
Эйдис несется вперед и берет лицо сестры в руки, заставляя Олу смотреть ей в глаза.
– Ола, последнее, в чем заинтересован наш отец, – это поощрение. Он не станет начинать этого делать сейчас.
Ола не отвечает ей. Вместо этого сестра смотрит на меня.
– Откуда ты знаешь, что он напал на ведьму? Откуда тебе знать, что она не врет? Мы все в курсе этих историй – морская ведьма достаточно могущественна, чтобы спасти море или разрушить его. Зачем ей помогать Алии после того, как она отправила ее на смерть? Возможно, ведьма просто хочет получить рикифьор, чтобы стать еще могущественнее. Она однажды уже почти уничтожила нас. На что колдунья станет способна с силой этих цветов?
Все это могло быть правдой. Но нужно попробовать.
Я поверила словам ведьмы, что отец примчался к ней, разъяренный. Ведь он сам не в силах вернуть Алию. Это было очень похоже на отца – сколько себя помню, он стал параноиком после той катастрофы, что обрушилась на нас вместе с Аннамэтти. Рикифьор увеличивает его силу. Отец чувствует, что все находится под его контролем, но также становится капризным. Он уже не тот царь, каким был первую сотню лет своего правления.
– Ола, ты должна мне довериться, – говорю я. – Я встречалась с ведьмой, и я ей верю. Нужно попробовать.
– Я хочу попробовать вместе с тобой, – говорит Эйдис. – Сигни?
Она кивает. А потом все взгляды обращаются на Олу. Та убирает выбившийся локон за ухо.
– Ладно.
Эйдис смотрит на меня.
– Каков план, Ру?
– Чтобы добыть цветы, мне нужно отправиться туда одной. Мы не можем вчетвером перемещаться по замку. Даже глубокой ночью – отец это почувствует.
Все трое кивают. А потом Эйдис произносит:
